— Какой комиссии? — удивился я.

— Которую мы создадим для оценки целесообразности ваших экспериментов, — пояснил Лаптев с едва скрываемым удовлетворением.

Хрущев записал что-то в блокнот:

— А пока составим акт о нецелевом использовании государственного имущества. Для передачи в прокуратуру.

— В прокуратуру? — ахнул Федька.

— А как же! — кивнул главный механик района. — Порча государственной техники — это уголовно наказуемое деяние.

Я понял, что ситуация становится критической. Нужно что-то предпринимать, иначе эксперимент закроют, не дав ему начаться.

— Товарищи, — сказал я как можно спокойнее, — предлагаю не торопиться с выводами. Дайте нам неделю закончить переделку и провести испытания. Если эксперимент провалится, я беру на себя всю ответственность.

— А если удастся? — неожиданно спросил Петров.

— Если удастся, то совхоз получит уникальную технику, а область получит приоритет в освоении электрических машин, — ответил я.

Петров задумался. Видно было, что областного работника заинтересовала возможность прославиться на всю страну.

— Неделя, говорите? — уточнил он.

— Неделя на завершение переделки и первые испытания, — подтвердил я.

Лаптев попытался возразить:

— Александр Иванович, это же…

— Неделя срок небольшой, — перебил его Петров. — Посмотрим, что получится. Но с условием. Если эксперимент провалится, проект закрывается навсегда.

Хрущев поджал губы, но спорить с областным начальством не стал.

— Ладно, — буркнул он. — Неделя так неделя. Но учтите, я буду каждый день проверять, как идет работа.

Комиссия ушла, оставив нас в тяжелом молчании. Федька и Колька переглядывались, явно сомневаясь в правильности происходящего.

— Ну что, товарищи, — сказал я, стараясь воодушевить команду, — у нас есть неделя, чтобы совершить маленькую революцию.

— А если не получится? — тихо спросил Федька.

— Получится, — твердо ответил Володя. — Самое важное работать без ошибок и не терять времени.

Но в глубине души я понимал, что теперь ставки поднялись до предела. Провал эксперимента означал не только техническую неудачу, но и административную катастрофу.

И времени на исправление ошибок больше не было.

* * *

К шести вечера мы закончили основную работу по установке электромотора.

Неделя, данная областной комиссией, пролетела как один день. Последние три дня мы работали до поздней ночи, монтируя систему управления, подключая аккумуляторы и настраивая зарядное устройство.

Володя Семенов стоял возле самодельного пульта управления с блокнотом в руках, записывая последние параметры системы. На его лице была смесь усталости и волнения. Молодой инженер понимал всю важность момента.