Пустая!

Взяв любезно предложенный тетушкой фонарик, я посветила внутрь и рассмотрела отчетливый след, оставленный вдавленным в штукатурку миниатюрным цилиндром.

— Что ж, — после минуты общего разочарованного молчания заключила тетя Ида, — теперь мы знаем, что тайник действительно был.

— Но что же в нем лежало? — озадачилась Марфинька.

— И куда же оно делось?

Ирка бросила взгляд на пол и осмотрелась, хотя это не имело смысла. Наводя порядок после учиненного в комнате разгрома, мы вымыли пол, и хотя сделали это не слишком старательно, пропустить такую интересную штучку, как маленький цилиндрик неизвестного происхождения и назначения, никак не могли.

— Значит, Бэкингем все же добрался до него, — вздохнула тетушка. — Нашел тайник, вскрыл и забрал его содержимое.

— И мы даже не узнаем, что это было? — огорчилась Ирка.

— Узнаем, если найдем Бэкингема. Заставим его сказать! — Я сжала кулаки.

Включившийся от этого фонарик выпустил острый мощный луч — совсем как световой меч джедая. Очень героически получилось.

— А как мы его заставим? — спросила наивная Марфинька.

— А как мы его найдем? — Тетушка, как обычно, смотрела в корень и не питала иллюзий. — Возможно, он уже выехал из страны со своей добычей, потому его здешний мобильный не отвечает.

— Мы что-нибудь обязательно придумаем, — пообещала я, постаравшись, чтобы прозвучало веско.

Никакой уверенности в этом у меня не было.

Было ощущение, что путеводная ниточка оборвалась со звоном, как лопнувшая скрипичная струна, больно щелкнув самонадеянного Холмса со товарищи по носу.

Кто знает, какое разочарование испытываешь, не дочитав до конца интересную книгу или не досмотрев до финальных титров увлекательное кино, поймет мои чувства.

Я говорила себе, что даже у профессиональных сыщиков и следователей бывают нераскрытые дела, и наличие так называемых «висяков» — не повод переквалифицироваться в управдомы или садоводы. Будут другие захватывающие истории, которые мы проясним от и до, а эту надо принять такой — с открытым финалом.

Уговорить себя не получалось. Фиаско меня если не деморализовало, то обескуражило.

Словно для того, чтобы добить мятущегося Холмса в моем лице, позвонила довольная Мара и щедро отсыпала информации, которая добавила истории красок и деталей, но никак не прояснила концовку.

— Ты удивишься, но это оказалось очень легко! — похвасталась она. — Оказывается, в современных музеях вся информация об экспонатах оцифрована, и, если правильно сформулировать запрос, ИИ мигом даст ответ.

— Кому? — угрюмо уточнила я.

По своему журналистскому опыту знаю: хоть искусственный интеллект, хоть натуральный человеческий — никто не отвечает кому попало или всем подряд.