-Сворачивай в переулок.

Врач, он же кучер, шевельнул вожжами, но потом вытянул шею и даже привстал в седле.

-Мы не проедем, там что-то лежит. Клетка. И вроде не пустая. Ани, что ты делаешь?

Тауан, пыхтя, спускался вниз без посторонней помощи.

-Посмотреть хочу… Со-о-орки-и…

-Что там? – сверху живо спросил Хоргон.

-Ну, что ещё может быть в гнилой клетке?! Сволочи!!! Кто-то избил раба и выкинул на улицу. Руки и ноги чуть не в крошку. Кажется, это мужчина. Жа-а-алко! Какое мощное, красивое тело! А волосы! В жизни таких волос не видел! Ой, как жа-а-алко… Наверняка уже мёртвый, крови-то сколько, ужас!

Мужчина в клетке шевельнулся и еле слышно застонал.

-Ой, нет! Не мёртвый! Хоргон!!!

От этого вопля врач едва не свалился с лесенки.

-Я уже понял, я уже лезу! Я остановлю кровь! Надеюсь, он без сознания, иначе мы его не довезём!

Хоргон легко отломал несколько прутьев, открыл сумку, висящую у него через плечо, полез в клетку и принялся гонять слуг.

-Воды! И побольше! Нож! Зажимы! Бинты! И посадите къена в тенёчке, ему вредно на солнце!

Тауан бегал вокруг, всплёскивал руками и причитал.

-Как мы его довезём?! Он почти такой же большой, как я! Гинкгордо идёт медленно! На армаке никто не удержит! В паланкине растрясёт! В повозке тоже! А если мы не успеем? Ой-ой-ой!

Хоргон, в конце концов, не выдержал.

-Ани, успокойся, пожалуйста! Мы успеем! Мы приехали сюда вовремя!

А потом проворчал себе под нос, но так, чтобы никто не услышал.

-Почти вовремя. Ещё чуть-чуть, и тут уже никто бы не успел…

3.

Иногда жизнь выкидывает такое, что просто невозможно не подобрать.

Тауан бегал кругами по просторному коридору, потому что врач выгнал его из палаты, чтобы къен не мешал оперировать.

Наконец, Хоргон вышел за дверь, в крови с головы до пят. Сообщил, что сделал всё возможное и невозможное, собрал конечности из крошки в кучку. Спасённый будет жить и даже, возможно, ходить и бегать, поскольку у него поразительная воля к жизни. Он та-а-акое излучает… Боль, страх и совершенный отказ сдаваться. Можно только позавидовать этому желанию – выжить во что бы то ни стало.

Хоргон был доволен реакцией друга. Ани снова начнёт слышать музыку, вон как глаза загорелись, стоило только упомянуть про волю к жизни. Значит, с их положением в обществе и деньгами пока что всё останется хорошо.

Хоргон был доволен ещё кое-чем. Он заметил одну особенность раненого, о которой ничего не сказал. Новый раб совершенно безопасен для положения врача в доме покровителя.

Хирург не позволил даже взглянуть на больного, дескать, едва живого нельзя сейчас тревожить, зато оставил слуг присматривать и велел чуть что, звать врача, даже немедленно будить, если спит.