-Кто бы говорил о бродягах и самомнении! Тебя так учили эрмины, у нас ничего подобного не делают. И в воду тоже никого не кидают.

Небесный Гром с жалостью посмотрел на зверски избитого иного.

-Мне всё ясно. Я забираю у тебя нашего гостя, ты не оправдываешь доверие.

Калайют невозмутимо и величаво кивнул.

-Ну ладно. Забирай. Может, он и вправду ничего не умеет, а если бы умел, то сделал бы.

Шаман говорил с виду добродушно, но на дне его глаз таилась злоба, Лалга ясно видел это. Калайют не оставит в покое непокорного гостя, будет изобретать другие способы подчинить либо извести того, кого, видимо, считает соперником.

Моуэле покачал головой.

-Нельзя ничего без присмотра оставить. Отлучиться невозможно даже для важных занятий. Вовремя я вернулся, хоть и по другой причине.

Шаман презрительно хмыкнул.

-Тоже мне, важные занятия – тупая муштра. Вместо того, чтобы пойти на охоту и принести мяса.

Моуэле вежливо огрызнулся.

-Пусть каждый занимается своим делом и не пытается влезать в дела другого, того, кто лучше в этом разбирается.

Урезонить шамана было сложно.

-Лучше разбирается? В чём тут разбираться? В эрминских никчёмных маршировках?

Молодой вождь не сдержался.

-Никчёмные маршировки помогли им победить нас! Организованность войска на поле боя это называется. А на охоту ходили вчера! Твой дом завален лучшими окороками! Старик, тебе мало?

Моуэле оглянулся на ворота.

-Уанью, Ингуа!

Двое воинов, знакомых по пустыне, принесли походный паланкин. Лесные кайо невелики ростом, Моуэле был редким исключением. Лалга казался воинам гигантом, они тащили его с трудом.

С гор сбегал ручей и возле городка превращался в неторопливую протоку, текущую на север, в отличие от Кауанки.

Всё так же, на ткани между двух армак, Лалгу отвезли к этой протоке, осторожно погрузили в лодку.

-Отвезу тебя к Рейтанун. Она тоже шаманка и поумнее старого дурака, - сказал Моуэле. – Жаль, что живёт не в Ирье-инго.

Путешествие через южный лес возможно только по воде, тропинки есть лишь рядом с поселениями.

Для исхлёстанного Лалги взяли самую большую лодку, в другую он не помещался удобно. Лежать пришлось ничком, вытянувшись во весь рост. Борта лодки не позволяли смотреть на скользящий мимо берег, а Лалга этого очень хотел. Пусть даже просто лес увидеть напоследок. Попытался приподняться и тут же уронил голову обратно.

-Успеешь всё разглядеть не одну тысячу раз, ещё смотреть надоест, не переживай, - утешал Моуэле.

Да, пожалуй, кайо прав, перед смертью не надышишься.

-Лалга, не спи. Я буду рассказывать, мимо чего мы проплываем. Ты тоже говори что-нибудь.