После очень непродолжительного обсуждения этой темы, пришли к выводу, что именно дирижабли использовать не стоит. Потому как часть береговой обороны состояла из зениток — этаких универсальных установок. А выбрасывать десант в ночи на пятачки полей, окруженные густым лесами — самоубийство. Так что решили применять планеры. Благо, что для аэроклубов, открытых по всей стране, их делали серийно. Самые разные. В том числе и довольно крупные. Вот, заведя самолетами эти планеры вглубь финской акватории, их можно было отправить на острова с севера. То есть, оттуда, откуда подвоха никто не ожидает. Бесшумность же позволяла избежать преждевременного обнаружения…
[1] Тупоголовые снаряды делались для т. н. доворота снаряда к нормали при попадании в броневую плиту. Из-за чего получалось повысить пробиваемость. Чтобы при этом не портить аэродинамику, такие снаряды оснащались тонкостенными баллистическими колпачками.
[2] Каморные бронебойные снаряды имели внутри небольшой заряд взрывчатых веществ с донным взрывателем. Что резко повышало поражающее действие снарядов, которые теперь взрывались внутри танка. В отличие от монолитных бронебойных «болванок», как калиберных, так и подкалиберных.
[3] Речь идет о том, что советские бронебойные снаряды, в первую очередь, конечно, для 45-мм ПТО, раскалывались при попадании в германскую броню. Это оказалось полной неожиданностью, так как испытывали их по советской броне, которая не отличалась высокой поверхностной твердостью. И там было все нормально.
Часть 1 Глава 7
1931, июнь, 4. Рига
Корабли чуть покачивались на легкой волне. Едва-едва.
Экипажи отдыхали.
Только вахтенные мрачно посматривали в ночную темноту. Новости о быстром наступлении Красной армии, разбившей хваленые французские части, вгоняли в тоску. Противник был уже недалеко от Риги и вскорости, возможно даже завтра, кораблям придется вступить в бой.
Да как артиллерия поддержки.
Но это и пугало. Потому как внезапно сильная авиация союзников взяла и испарилась из-за халатности на местах. А именно так оценивали известия об уничтожении самолетов прямо на аэродромах. Глупо и тупо… и очень стыдно… Из-за чего угроза авианалетов на флот становилась более чем реальной.
А тут еще и контратака французов захлебнулась. Об этом, конечно, никто официально не объявлял. Но на кораблях по какой-то неведомой причине о том знали и ходили все мрачными. Прекрасно понимая, что военная кампания явно не задалась. Так что флаги Латвии, которые развевались над остатками Королевского флота, перешедшего вроде как в лизинг этой небольшой, но гордой стране, вгоняли в особую тоску экипажи. Мало кто из них считал разумным ввязываться во всю эту историю… и чем дальше, тем больше…