Я решила присоединиться к друзьям, все же они пришли ради меня на этот вечер.
Мужчины в этот момент азартно спорили на тему предстоящих выборов в городской совет. Винтер пророчил место главы некоему барону Кортону, а доктор Дарис доказывал, что этот лысый дурак ни за что не сможет составить конкуренцию молодому рыжеволосому Милгорту.
— Да у этого конопатого в карманах ветер гуляет, а на одних идеях далеко не уедешь, — парировал Винтер.
— Зато он популярен в народе. Он постоянно чью-нибудь срань разгребает. Вот буквально на той неделе собрал подписи на замену канализационной системы в нижнем городе. И заметь, ему удалось выбить бюджет под эту тухлую затею.
— Да уж, — ухмыльнулся мэтр Флит. — Ветер в карманах это, очевидно, временное неудобство у графа Милгорта. С такими способностями его карманы вскоре начнут топорщиться.
— Ну я о том и говорю. Далеко парень пойдет.
— Не уверен, — не унимался Винтер. — Это всего лишь разовая акция. Милгорты давно утратили все свои связи. Потому что не надо было его прадеду терять голову из-за стройных ножек его хоть и ослепительной, но нищей и безродной, супруги. Вот так из-за одной паршивой эмоции пускают под откос будущее целого рода!
Зря я присоединилась к этому разговору. Надо было переждать в сторонке, у столиков, спокойно попивая сок. Потому что эти снобы опять сели на свою любимую лошадку. Сейчас и мне припомнят оборванца Луиджи. Начнут нудить о том, как они меня предупреждали, что не стоит селить в доме «бродячую собаку». Это они так моего бывшего мужа называют.
— Да, маленькая? Правильно я говорю? Ты на собственном опыте убедилась, что беспородные барбосы могут блох в постель натаскать, — съехидничал Винтер.
Блохами, по всей видимости, господин-министр называет любовниц моего бывшего.
— На то они и бродячие барбосы, чтобы блудить прилюдно и с кем попало, — заржал Дарис.
Началось!
Я развернулась, чтобы уйти куда-нибудь, где мне не будут в очередной раз прочищать мозг на предмет неразборчивых связей, но доктор успел схватить меня за локоть.
— Ну не дуйся, — он притянул меня к себе и погладил нежно спину, затем, слава богам, отпустил.
— Она дама взрослая, самостоятельная, сама разберется со своей жизнью, — продолжал глумиться Винтер.
Я посмотрела на него с обидой, но ему было все равно.
— И раз она теперь умеет правильно выбирать, может наконец присмотрится к своему близкому окружению. Там ведь тоже есть неплохие экземпляры. Не находишь, маленькая? — Винтер наклонился к моему лицу и мазнул губами по щеке, а затем носом зарылся в мои волосы. Мужчина шумно вдохнул и отстранился, а я опять пошла пятнами от смущения.