И первый час без сна я провела в размышлениях о невероятных особенностях зорганской физиологии.

Когда загадка свечения кожи меня перестал занимать, я вернулась к больному вопросу. В голове все время крутилась просьба Дэрка, не делать из него шута. И меня каждый раз кололо чувством вины. Я невольно поставила себя на его место. Вот сейчас, к примеру, он жил бы в одной каюте с Харатой. Чтобы я делала? И я честно себе призналась, что уже после первой их совместной ночи, я бы устроила им скандал. Я бы утром ворвалась к ним и вытолкала бы гронианку за дверь, а Дэрку бы влетело, причем не словесно. Скорее всего, я бы выдрала ему его шелковые локоны.

А что делал все это время Дэрк? Молча терпел. Целую неделю! Просто бог смирения.

И хотя я полностью признала свою вину, зорганец все равно оставался неправ. Потому что неправ! Почему? Не знаю. Может потому, что он должен был сначала со мной поговорить, попросить по-хорошему, а не угрожать мне ремнем. Или не должен? Я уже запуталась в своих чувствах. Я не привыкла общаться с такими мужчинами. Да и с мужчинами вообще. Луиджи я давно перестала к ним причислять. Он был просто моей содержанкой. Даже противно вспоминать годы, проведенные рядом с ним.

Так с зорганцем мы прожили вторую неделю на пути к Земле.

Утром и вечером я получала ежедневный сеанс горячего секса. И как я это выдерживала, не знаю. Но Дэрк явно дорвался. Я его понимала, он мужчина. И к тому же долго сдерживался. Надеюсь, он вскоре насытится и сбавит обороты.

К этому еще добавлялись проблемы и суета по работе.

И в последний день перед прибытием на родную планету, мы особенно много работали. Целых шесть собраний. И все важные. Я умоталась до полусмерти.

Вечером я заскочила в медотсек. Дарис просил показаться на осмотр.

Доктор сидел за рабочим столом и что-то сосредоточенно вносил в комп, когда я вошла в его кабинет.

— Проходи, маленькая. И ложись на кушетку, — велел он мне, даже не повернувшись в мою сторону.

Я прошла в смотровую и с удовольствием растянулась на мягком ложе. Беготня по кораблю вымотала меня до предела.

— Как себя чувствуешь? — задал мне дежурный вопрос Дарис, войдя следом.

— Неплохо.

— А должно быть отлично, — доктор улыбнулся как-то хитро. И выдал в своем стиле. — Много секса, дорогая, вредно для здоровья.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но доктор самым бесцеремонным образом мне его захлопнул, надавив на подбородок. Потом также по-хозяйски оттянул пальцами нижние веки, внимательно осмотрел, потом обхватив голову ладонями, покрутил ее в разные стороны, тоже чего-то изучая. Я лишь безмолвно таращилась на этого наглеца. Никогда он еще не проводил осмотры таким хамским образом. Всегда объяснял, что собирается сделать, прикасался деликатно. А тут... В довершение он звонко чмокнул меня в лоб и наконец встал с края кушетки. Он подошел к шкафчику. Достал инъектор и вернулся ко мне.