— Ощущения как? — спросил я.
— Нормально, — ответила она. — Даже не чувствую разницы с обычной работой.
— Понятно. Прометей.
— Фиксирую, — немедленно откликнулся андроид. — Температура поверхности доспеха в зоне правого предплечья шестьдесят два градуса по Цельсию. Температура внутри доспеха в зоне грудного отдела тридцать восемь целых четыре десятых градуса. На полтора градуса выше нормы. Наблюдается тенденция к росту.
— Значит, тепло всё-таки копится, — произнёс я.
— Это объяснимо. Открытые предплечья позволяют магическому потоку выходить без блокировки. Однако корпус доспеха не рассеивает тепловое излучение, которое сопровождает использование навыков. Закрытое пространство аккумулирует его.
Искра посмотрела на меня.
— Ты говоришь, что я могу запечь себя внутри, как курицу в духовке? Пф, не страшно! Я не могу обжечься!
— Технически. Но я всё же позабочусь о твоей безопасности. Выводящие вентиляционные каналы в нагруднике. Качественная система охлаждения. Ты можешь случайно выжечь весь кислород внутри доспеха. Или его может разнести от избыточного давления.
Я подошёл к кирпичной кладке и взял кружку. Кофе был уже холодным, но я всё равно допил его. Смотрел на троих в металле, на куролисков, которые тем временем успели снова разбрестись. Кто-то гонял Горынычев уголь по двору, кто-то деловито клевал листочек в асфальте.
Данных достаточно. Картина наконец стала полной.
— На сегодня хватит, — произнёс я. — Прометей, вся телеметрия у тебя?
— Зафиксирована, обрабатывается, — подтвердил андроид.
— Хорошо. Пересчитай потребность в Эфириуме, исходя из обновлённых данных. Варягину нужно больше, чем мы планировали.
— Принято.
Искра стянула с головы шлем, зажав его под мышкой. Рыжие волосы рассыпались по плечам, слипшиеся от тепла внутри брони.
— Лёха.
Я посмотрел на неё.
— Чего?
— Ушки всё ещё в проекте? — с ехидцей уточнила пиромантка.
Удержать лицо не удалось. Заулыбался, хотя и сжал зубы заранее.
— Да. Всё ещё в проекте.
— Супер! — воскликнула Олеся и ушла вслед за отцом к отелю, снимать доспех.
Искра последовала их примеру. Во дворе остался только Горыныч в фартуке и шкворчащее мясо. Ещё Прометей, который стоял рядом со мной.
— Идём в подвал, — скомандовал я. — Работы полно.
Глава 19 Дворник (интерлюдия)
Метла скребла по плитке с тупой, монотонной настойчивостью. Влево-вправо. Влево-вправо. Шелест сухих листьев, чавканье какой-то полужидкой дряни под подошвой, скрип черенка в задубевших кулаках.
Утро выдалось холодным. Осень в Красногорске пахла прелой травой, горелыми дровами и, хочешь не хочешь, чем-то терпким и органическим, доносившимся от загона в дальнем конце двора. Дмитрий Соколов, некогда наводчик БТРа и боец ЧВК, а ныне главный уборщик территории, с остервенением смёл в сторону очередную кучу листьев.