— Что-что? — прыснула Искра. — Курица будет. Ската только начали засаливать. Вонючий, ужас!
Олег Петрович тяжело вздохнул, глядя на Бориса.
— Ворчите, капитан, а мне с ними всеми работать. С Борисом, Медведем и Веру надо проверить после снятия проклятия. Возможны остаточные явления, психосоматика. Сегодня у меня слишком много пациентов. А я ведь, между прочим, на пенсию собирался. Ещё до всего этого. Внучку понянчить, на даче огурцы сажать…
Он перевёл взгляд на Медведя, который запрокинул голову, пытаясь остановить кровь из носа. Типичная ошибка.
— Голову вперёд опусти, дурень! — тут же прикрикнул на него Олег Петрович. — И переносицу зажми, а то сейчас собственной кровью блевать начнёшь!
— Ничего, Олег Петрович, — Искра хлопнула врача по плечу. — Зато скучно не бывает! А уж огурцы мы вам организуем! Размером с кабачки будут.
Из-за дальнего дивана осторожно выглянула Олеся. Рядом показалась голова Никиты. Девочка оглядела поле боя, остановила взгляд на лежащем Борисе, потом на обессиленном Варягине.
— Пап… — тихо позвала она.
— Испугалась? — тихо спросил он, обернувшись.
— Ни капельки, — гордо ответила приручительница. — Мы с Черничкой всё контролировали! Если бы дядя Боря не уснул, мы бы его паутиной замотали! Правда, Черничка?
Паучиха утвердительно щёлкнула хелицерами.
Глава 9 Обновление
Голографический экран «Техно-Ока» транслировал холл в разрешении, которому позавидовал бы любой кинотеатр. Я откинулся в кресле, потирая виски. Волна «Озарения» схлынула, оставив после себя свинцовую тяжесть в затылке. Но спать всё равно рано.
На экране Олег Петрович суетился над Борисом. Врач присел на корточки, одной рукой придерживая голову берсерка, другой поднёс к его носу ватку, щедро смоченную нашатырём. Борис дёрнулся. Веки задрожали, он мотнул головой, пытаясь отстраниться от аммиачного запаха. Смычно выругался.
Я переключил камеру на общий план. Олеся с Никитой выбрались из-за дивана, Черничка настороженно перебирала лапами рядом. Девочка смотрела на взрослых с любопытством, но без страха.
Послышался скрип дверных петель, а следом размеренный тяжёлый шаг по бетонным ступеням и тихое жужжание сервоприводов.
— Создатель, — голос Прометея разнёсся по подвалу. — Вмешательство не потребовалось.
Я посмотрел на него. Андроид стоял у подножия лестницы. Титановый корпус тускло поблёскивал в свете «Фонарщика». Голубые сенсоры смотрели на меня, чуть пульсируя в такт работе процессорного ядра. Я послал его к ребятам в качестве поддержки, как только получил сообщение о припадке Бориса. Рад, что они сами справились.