Чёрный дым вокруг него сгустился. Борис проигнорировал Женю. В последний момент Фокусник прыгнул в сторону, уходя от тяжёлого молота. Земля вздрогнула от удара.

Я понял, что обычными методами мы их не успокоим. Они превосходили нас в силе, выносливости и сопротивлении урону на порядок. Берсерки в состоянии «Кровавой Ярости» — это танки. А мы пехота без гранатомётов. Оставался только один вариант. План «Б». Гуманизм от Петровича.

Действовать нужно было немедленно. Но это довольно сложно, когда тебе каждую секунду приходится уворачиваться от свистящего лезвия. Пока Медведь в очередной раз выдирал секиру из земли, я заорал:

— Искра, стена! Отрежь его!

Рыжая с яростным криком махнула жезлом перед собой. Между мной и Медведем взметнулась ревущая стена пламени. Высокая, плотная, яркая. Жар от неё чувствовался даже на расстоянии.

Медведь на секунду остановился. А потом, издав презрительное фырканье, ломанулся в огонь. Его камуфляжка мгновенно вспыхнула, но он даже не обратил на это внимания, а скорость погасила прицепившееся к одежде пламя.

— Блин же блинский! — выдохнула Искра, отступая. — Ему плевать!

— Бей кнутом! — скомандовал я. — Мне нужно время! И кристалл сразу достань!

На лице пиромантки появилась хищная ухмылка. Глаза вспыхнули так, словно в них отражался ядерный взрыв. Она ещё не пробовала это заклинание, но очень хотела. Рыжая вскинула жезл над головой, и воздух вокруг неё задрожал от жара.

Искра активировала навык: «Огненный Кнут».

Из кончика её «волшебной палочки» вырвался поток огня. Он удлинялся, извивался, словно живая кобра, достигая метров пяти в длину. Аня резко опустила руку, и огненная плеть с оглушительным сухим треском, похожим на выстрел снайперской винтовки, рассекла воздух.

Полыхающий кончик ударил Медведя прямо по руке, сжимавшей секиру.

— А-аргх! — взревел берсерк, отшатываясь.

Там, где коснулся кнут, кожа мгновенно вздулась пузырями. Чёрный дым, окутывающий его, отпрянул от огня, но не пропал.

— Танцуй, Мишка! — крикнула Искра с азартом.

Не теряя времени, я полез в инвентарь. Материализовал медицинский кейс, отщёлкнул замки. Взял инъектор, откинул ствол. Вставил дротик в патронник, стабилизатором вперёд. Закрыл ствол до щелчка, взвёл ударный механизм. Готов к выстрелу.

— Медведь, прости, братан, — прошептал я и зажал в зубах ещё один дротик, запасной. Остальные убрал в инвентарь отдельно от кейса, чтобы легко призвать.

Искра кружилась в смертоносном, завораживающем вальсе разрушения. Огненный хлыст описывал вокруг неё идеальные круги, не подпуская врагов. Всё вокруг обдавало шлейфом жара, соседние деревья уже воспламенились.