— Отлично, — кивнул я. — Теперь мы хотя бы не слепые. Пойдём, посмотрим, как там наши раненые.
Мы направились в гостиную. Я не стал рассказывать Жене про свои подозрения. Хватит с него и собственных. Дело в том, что неувязочка ещё больше, чем он предположил. Просто… если Леонид стоял и наблюдал за нами через окно до самого крика Веры… то почему он сообщил именно про тот момент, когда я бросил копьё? Случайно с языка сорвалось? Или он просто не видел того, что было дальше?
А если не видел, то чем он в это время занимался в комнате?
Глава 3 Всех вылечим
Мы с Женей вошли в гостиную. Там царил хаос, который можно было бы назвать уютным, если бы не пятна крови на ковре и стерильный запах антисептика, перебивший аромат жареной картошки. Атмосфера пьяного застолья испарилась, уступив место полевому госпиталю.
Тень лежал на диване, укрытый пледом. Его дыхание стало ровным, а цвет лица казался более здоровым.
Медведь сидел на табуретке, притащенной с кухни. Мягкой мебели здесь хватало на всех, но он явно не хотел случайно прижаться спиной к обивке, чтобы не содрать едва сформировавшиеся корочки на ранах. Вера пока не залечила их полностью, но оперативно остановила кровотечение.
Берсерк выглядел мрачным, как грозовая туча. Похоже, он действительно протрезвел. Он не смотрел ни на кого, а молча и сосредоточенно полировал лезвие своей секиры «Каратель» куском ветоши. Учитывая качество оружия, занятие не столь необходимое, сколь медитативное. Свет от камина скользил по вытравленным на металле рунам, которые буквально вспыхивали в отсветах огня.
На журнальном столике аккуратно стояли пустые склянки, в мусорной корзине валялись окровавленные бинты, а в лотке для стерилизации поблёскивали использованные инструменты.
Рубашки на Михаиле не было, так что я сразу же увидел всю живописную картину. Глубокие борозды от когтей на плече стянулись и уже подёрнулись тонкой плёнкой новой кожи, а разрезы от перьев на спине и боку превратились в красные полоски со струпьями.
— Повезло, что печень не задело, — сказала Вера, заметив мой взгляд. — А вот то, что они вылакали по ведру водки, совершенно не помогает лечению. Алкоголь расширяет сосуды и снижает свёртываемость крови. Кровотечение останавливается плохо, маны уходит много.
— Ясно, — кивнул я, поняв намёк и материализовал Кровавый Рубин. — Все, кто относительно здоров, делимся маной.
Женя сразу же положил руку на камень, щедро отдавая всё.
— … а она такая — вжух! — вещал Борис, размахивая рукой с надкусанным огурцом. — А я такой — хрясь! И перья во все стороны! Вер, ты бы видела!