Однажды я зашла в комнату, услышав плач. И увидела бывшего мужа в слезах. Он рыдал над индийским кино. Так у меня появился компромат похлеще, чем любовница.
Я прошла еще немного, а потом звонко чихнула.
— Будь здорова! — послышался ужасный голос за спиной. Я застыла сусликом. Сглотнула.
— Потому что больных я не ем! — жутким голосом выдало чудовище. Я обернулась, видя нечто огромное, черное и бесформенное. Я попятилась и зацепилась за услужливо выставленный корень дерева.
Огромная пасть раскрылась. Я закрыла лицо руками, съежилась, как вдруг послышалось мурлыканье.
— Когда я вижу, как ты очкуешь, малыш, ты меня волнуешь, — напевал знакомый голос. — Когда ты ножки вдруг укрываешь… Малыш, ты огорчаешь!
Я распахнула глаза, видя знакомый силуэт.
— Так-так-так! — произнес голос, а я видела черные мокрые волосы и красивые глаза. — Одну минуточку! У меня к ней вопросик! Потом можешь смело ее сожрать! Так вот!
Я увидела, что он переоделся. На этот раз он был в черных лохмотьях, украшенных бриллиантами. Черные мокрые волосы разметались по плечам. Нечисть склонилась ко мне, спрятав руки за спиной. Я внимательно смотрела на какие-то оранжевые подтеки на его волосах и одежде. Один из них нечисть стерла лохматым рукавом.
— Чего сопишь, как ежик? — на губах заиграла улыбка. Монстр, стоящий надо мной, захлопнул слюнявую варежку.
— Правильно, и в сторонку отойди! Не люблю, когда подслушивают! — махнул рукой принц Нечисти.
— Кстати, можно я буду называть тебя ежик? — спросили у меня, смахивая с моих волос листочек.
Я вспомнила горемыку — ежика, а точнее, его останки.
— Тогда я буду звать тебя Лошадка, — мрачно ответила я, пытаясь разгадать тайну оранжевых ляпушек.
— Не буду задерживать, я вижу, что ты спешишь, — улыбнулись мне, склонившись надо мной. Лошадка покосился на чудовище, которое нетерпеливо топталось неподалеку. — Спешишь быть съеденной!
Красивые глаза Лошадки скосились на оранжевую прядь, по которой стекала какая-то бяка. Вовсе не аппетитная. Он стряхнул ее на сухие листья.
— Слушай, ежик. У меня маленькая проблема, — осмотрелся Лошадки, стирая с рукава оранжевую какашку.
— А у меня большая! Большая и зубастая! — возмутилась я, косясь на чудовище.
— Так, вот! Мы не едим тыквенный суп. Вообще. И запеканку тоже. Тыквенный сок мы не пьем! Категорически! — послышался голос Лошадки. И я офигела.
Глава третья. Дорогой, это ты?
Глава третья. Дорогой, это ты?
Мысль о том, что у меня попросили помощи, слегка меня насторожила. Я с подозрением посмотрела на Лошадку, который ждал от меня ценных указаний. Где-то неподалеку перетаптывался голодный монстр. Он пытался грызть ветку. И кору с дерева. А потом переводил на нас взгляд с неким укором: «Ну вы там долго? А то голодом морите! Не ровен час, я на морковку перейду!».