— Твоей дочери выпала честь стать принцессой Ужаса и Кошмара, — развел руками Лошадка. — А что ты можешь ей предложить?

— Она у меня была властелином моей нервной системы! — заметила я. Еще немного и я сорвусь в слезы. — Возьми другого ребенка! В мире миллионы ненужных детей!

Мой голос дрогнул. Ну еще бы! Тоже мне, ювенальная юстиция!

— Прекрати! Терпеть не могу слезы, — послышался раздраженный голос. — Меня невозможно пронять соплями! Ежик, не нервируй меня. Не доставай меня. У меня сейчас просто руки не доходят тобой заняться. По факту ты — нарушитель. Тебя здесь быть не должно. Ничего, скоро я тобой займусь.

— Я что? Похожа на секс? — шмыгнула носом я.

— Ты похожа на человека, который забрел туда, куда забредать не должен. Человека, которого я обязан убить на месте. И ты жива исключительно потому, что я не могу справиться с принцессой. Горько? Зато честно, — на меня посмотрели с насмешливым участием.

После бабушки я, считай, бессмертна!

— Покажите мне ее! — взмолилась я, глядя в глаза принцу. В последнее время он у меня из головы не выходит. Даже покурить. Особенно тот жест, когда он смотрит- смотрит на тебя, а потом сощуривает глаза, чтобы опять распахнуть.

— Хорошо, — отвернулись от меня, шелестя своими лохмотьями. Я представила юного модельера с высунутым языком, кромсающего королевскую мантию.

Кэльпи театрально закатил глаза. И щелкнул пальцами. Прямо в воздухе повисла картинка. Сердце ухнуло от счастья, когда я увидела Нюшу. А потом замерло от ужаса. Грязная, рыдающая Нюша стояла возле какой-то стены в чудовищно порванном платье. От ее руки в сторону тянулась цепь.

— А! — выдохнула я, с возмущением глядя на принца. — Ты соврал мне! Ты держишь ребенка в заложниках!

Нечеловеческие глаза Кэльпи расширились. Он бросил взгляд на рыдающую Нюшу, громыхающую цепью. И тут же растворился в воздухе. Картинка медленно испарялась.

— Не отдам! Я маленькое пердение! — орала Нюша. Даже на потолке виднелись ее следы. — Шмотли, как я умею! Шмотли!

После этого картинка оборвалась. Маленькое «пердение» исчезло. Чтобы понимать Нюшу после бабушки нужен переводчик.

— Гуд найт, свит принц, — прокашлялась я, приходя немного в себя. — Так, куда пойти?

Мои глаза уставились на указатели. Я перечитала перспективы. И поежилась.

Послышалось ржание лошади. Я перепугалась и заметалась. На перекресток вынесло огромного черного коня. На котором сидел всадник без головы. Драный плащ развевался на скаку.

Всадник заметил меня. И притормозил.

— Спинным мозгом чувствую, что баба! Голову мою не видела? — голосом из прямой кишки спросил он, почему-то приподнимаясь на стременах.