Нужно было надеть на меня наручники и бросить в багажник. Я бы в любом случае пригодился, он ведь меня давно прижать пытался. Дальше нужно было проверить произошло убийство или нет. Убийство естественно произошло. И с этого момента возникала вилка. Арестовать реального душителя и заработать награду или повесить всё на меня? Если на меня, то нужно было подготовить улики, вызвать ментов и явиться с бригадой.

Как известно, Зубатый решил перевести стрелки на меня, чтобы иметь возможность держать под рукой и выдавливать информацию о деньгах. Стало быть, настоящий душитель должен был оставаться живым, чтобы в случае моего согласия на сотрудничество, можно было обвинение перестроить, переведя карающую длань правосудия на него.

Да даже если и не так, чтобы грохнуть убийцу, в любом случае, нужно было время и место. Нужно было не просто его уконтрапупить, но успеть замести следы, да ещё и куда-то деть тело. В багажнике вместе со мной его явно не было. Ну, и для естественности поведения душителю точно не следовало знать, что его видели в деле. На случай, если пришлось бы переводить фокус с меня на него.

Ф-у-у-х…. Всё было весьма запутано. Но, исходя из этих соображений получалось, что душитель должен был просто спокойно уйти. И в этом случае сегодня он пойдёт на дело, как однажды уже и случилось, поскольку, как я предполагал, в его жизни пока не произошло никаких перемен. Но… может, это и не так… И в этом случае мне пришлось бы сваливать от Пал Палыча, бежать, прятаться и что-то решать.

Пал Палыч смотрел на меня в упор, пытаясь понять, что делается в моей черепушке. Но это ему было не под силу…

— Ладно, — наконец, сказал он и хлопнул ладонью по столу. — Ладно. Но если ты думаешь, что я не пойму, что этот мудак с чулками находится с тобой в сговоре, ты глубоко заблуждаешься.

— Интересно, что же надо пообещать человеку, чтобы он возвёл на себя напраслину, зная, что получит вышку?

— Разберёмся, — поморщился Пал Палыч. — Разберёмся. Так и быть, живи пока, сынок. Посмотрим, что там за убийца такой. А ты откуда, кстати, узнал?

— Агентурные данные.

— Точное время тебе сообщили? — хмыкнул он. — Ну-ну. Хорошие агенты.

— У этого козла пунктик, — пожал я плечами, — крыша едет. В одиннадцать часов вечера его всегда бесы одолевают, и он не может сопротивляться.

— Психованный, значит, — кивнул Пал Палыч.

— А вообще, вам какая разница, объясните мне, — усмехнулся я. — Если спросят, скажете, случайно в нужное время пришли. Ментовская чуйка привела.

Он поджал губы и ничего на это не ответил.

Три опера, не слишком прыткий Пал Палыч и я, пристёгнутый металлическим браслетом к сиденью в «буханке» — вот и вся группа захвата. По причине своей пристёгнутости увидеть место злодеяния мне не довелось. Я видел, как опера подошли к последнему на улице дому, перемахнули через забор и открыли калитку своему шефу, впустив его в запретные земли.