Я распластал крылья по полу и приветливо потряс гребешком, а потом просунул голову между прутьев и нежно клюнул ее в щечку.

— Пошел вон, никчемный писака, — закричала Кэт, — или я переломаю твои курячьи лапы! Ты никогда не наложишь на меня свои лапы, никогда не отложишь в меня свое яйцо! Прочь, глупая птица!

— Что такое? А как же наш уговор? Что я тебе сделал?

— Что ты сделал? Старк Антоним тебе уже все рассказал! В тебе не больше вдохновения, чем в старом сером носке! Твой безвкусный роман «Любовь среди одуванчиков» стал программным произведением, так же как и невыносимо скучное творение «Закулисные тайны Милтон Кейнс». Трое учителей подали в отставку, лишь бы не изучать эти литературные труды, а четвертый умер у нас на глазах от фатального зевка, пытаясь объяснить скрытый смысл ежедневных походов Этель по магазинам. Мы, девочки, ради разнообразия зачитывались в туалете «Памелой» Ричардсона и учили наизусть пикантные отрывки из книг Джейн Остин. Твои бездушные произведения убили в моей душе романтику, на целый год отсрочили половую зрелость, а соски на моих грудях стали вогнутыми. Моя жизнь была лишена всякого смысла, пока в классе фехтования я не встретила Химена Мускулистого.

— Химена Мускулистого? Ты хотела сказать — Химена Саймона, не так ли? Или Мускулистого Бойца?

— Нет, я сказала то, что хотела сказать. У Старка Антонима сильно развито воображение, и я не могу этого отрицать, но в его душе, как и в твоей, начисто отсутствует романтика. Он нигилист и скептик до мозга костей. А вот Химен Мускулистый — это настоящий писатель, который никогда не мог получить заслуженное признание. Кроме того, он единственный романтик в этом мире, единственный, кто достоин склонить свою прекрасную мужественную голову на мою пылкую валлийскую грудь. И он настолько реальнее всех живущих людей, что Старк в своем воображении бессознательно разделил его на две личности: Мускулистого Бойца, человека действия, и Химена Саймона, поэта-романтика. Под влиянием ревности Старк в своих произведениях всегда убивает его: в одном из романов Боец умирает от заворота кишок, объевшись печенья. А Химен с переломанными ногами был связан и оставлен под палящим солнцем, пока его спина не стала ярко-красной, а потом нагим был вынужден участвовать в бегах быков по Памплоне.

— Но… из твоих слов следует, что мои «воспоминания» реальны, хотя и не принадлежат мне. Не может же существовать в реальности капитан Пилчард Неунывающий! Или его главный противник Энгельбрехт, Вырождающийся Карлик!

Ее улыбка стала более зловещей, чем шахматная доска в плохо оборудованной операционной.