Да что говорить, я только выполняю данное тебе обещание. Я же говорила, что имею определенное влияние в академии и, если ты согласишься помочь в моих планах — а Перевоплощение возможно только при условии согласия со стороны объекта, — я гарантирую, что ты далеко пойдешь! С Энгельбрехтом! Он скоро будет здесь. Если тебе повезет, он появится до того, как Старк начнет вонять.
С этими словами она одной рукой подхватила мою клетку и бросила меня в дверь за своей спиной. Мгновением позже еще дергающееся тело Старка Антонима приземлилось сверху. Я посмотрел вверх и вынужден был тотчас зажмуриться. О, ужас из ужасов! Это был зеркальный зал! Стоило мне на секунду открыть глаза, как я был бы сражен насмерть своим собственным взглядом. Как, спрашивается, оказать сопротивление захватчице, если я был заперт в клетке и не мог смотреть?
Оставалась последняя надежда. Если Энгельбрехт, Пилчард, Химен Саймон и все остальные живут в реальном мире, значит, Усач Спермий и Робин Темное Дерево тоже существуют. Последний едва ли мог бы оказать хоть какую-то помощь; он бесполезен в борьбе против женщины — разве что против нерожденной.[118] Но если это не я получил уродливый шрам от Катерины Мити-Зонс, следовательно, я должен был ожить в памяти скандально безжалостного разбойника Робина. Возможно, в порыве благородства, очарованный и восхищенный нескромным декольте, он мог ее простить, но, добравшись до дома, при первой же попытке побриться, он почти наверняка вернется к присущему ему жестокосердию. А вдруг он уже спешит сюда и мечтает о мести? Если он убьет Кэт, заклятие потеряет силу, и Энгельбрехт, увидев перед собой беспомощного писаку, оставит меня в покое.
Да, это были поистине куриные мечты.
В этот момент за дверью раздался торжествующий возглас, а потом послышались звуки, точь-в-точь соответствующие ситуации, когда вероломная ведьма страстно целует мужчину с меланхолическими губами Макиавелли и легкой хромотой в бразильском духе.
И с претензией на литературную достоверность.
Рис Хьюз СМЕРТИ РОБИНА ГУДА [119] Перевод А. Гузман
Нина, царица амазонок, хочет этим летом новизны. Ей осточертело озеро Каратис, несмотря на гигантских змей, которых тут прорва. Да и в любом случае с большинством из них она уже боролась. Так что она откупоривает своего божка и шепчет в скляночку:
— Есть какие-нибудь свежие мысли насчет отпуска? Что-то в склянке вздымается, будто грудь.
— Шервудский лес.
— И где бы во всей Скифии это могло быть?
— За ее западным горизонтом. Двигай через Кавказский хребет и вдоль Черноморского побережья так, чтобы Понтийские горы оставались по левую руку. У Византии — резкий поворот направо. Дальше я дороги не знаю. Придется тебе спрашивать. Может, базилевс поспособствует.