Да уж, я не работал под прикрытием с той жутко унизительной поры, когда мне пришлось несколько суток маскироваться под борова, подкарауливая, когда Томми Томас — волынщик — придет спереть очередного поросенка. Я, конечно, не вижу разницы между кондитерскими изделиями и набедренной повязкой, но если повезет — а везение мне еще как понадобится, — я раскрою это дело до того, как от меня потребуется что-нибудь испечь.

Устроиться работать во дворец оказалось гораздо легче, чем мне представлялось. Мне не пришлось проходить какие-либо тесты и заполнять всякие там анкеты. Я просто перемахнул через ров, постучал в заднюю дверь замка и представился:

— Привет, меня зовут Джек Би Гуди, я…

— Входи, входи, — сказала пожилая леди, открывшая дверь. Она ухватила меня за рукав и втянула в кухню. — Джек Би Гуди, говоришь? Я думала, ты тощий. Как твоя женушка, все такая же толстуха?

— У меня нет…

Но она уже всучила мне фартук и высокий белый колпак и потащила дальше, знакомить с моим наставником — дружелюбным гнилозубым парнем по имени Саймон.

— Саймон, — сказала она, хлопая дверцами шкафов, — я же говорила тебе заполнить полки. Шкафы стоят пустые.

— Виноват, миссис Эйч. Как только появится свободная минутка, я все сделаю. — Судя по голосу, Саймон устал как собака.

— Я тебя нигде не видал, а? — спросил он, после того как леди-босс покинула кухню. — Больно мне твое лицо знакомо.

У меня не было настроения убеждать его в том, что я ни какой не фрик по имени Джек из Бюро расследований, так что я пропустил его вопрос мимо ушей и поинтересовался, как часто на королевской кухне пекут турноверы.

— Ты что, мы никогда не делаем турноверы. Чарминг их не переваривает.

Я удовлетворил свое любопытство — узнал, что королевское семейство испытывает трудности с персоналом, так как всех подряд обвиняют в отравленных пирогах. И теперь они набирали штат на кухню принудительно. Саймона заловили, когда он не смог рассчитаться с бродячим торговцем за съеденные пирожки. Забавно, получается, что эти его испорченные сладким зубы и привели его на королевскую кухню.

— Если ты можешь отличить черных дроздов от ежевики, у тебя все получится. Это не трудно, даже я различаю, хоть я и не такой умный, — сказал Саймон. — Но если ты перепутаешь и сунешь в пирог дрозда, полетят головы. Я не преувеличиваю, головы реально полетят. Да ты не волнуйся, щас мы не будем делать ежевичные пироги, — продолжал Саймон. — Мы начнем с тартинок. Знаешь, как делать тартинки?

Я задергался, понимая, что эта задача мне не по силам, но Саймон меня успокоил: