Ладно. Посмотрим, что будет в пятницу.
Хех. В последнее время меня постоянно спрашивают, знаю ли я Джошуа Клейтона…
Глава 3 Провокация
Веки набухли и потяжелели, я почти ничего не видел. Где-то впереди маячил мой последний противник, он размахивал кулаками, а я пропускал его удары, каждый из которых отзывался острой болью.
Я оказался не готов. Где-то там, в толпе кричащих зрителей, стоял Мартин и снимал мой позор на камеру. Фильма не будет — ведущего актера избили до полусмерти на съемочной площадке.
Попытался отмахнуться, но руки онемели. Ноги подкосились, и я упал на маты, залитые соленым потом и вонючей кровью. И в момент, когда моя спина коснулась поверхности, я подскочил, проснувшись.
Сон. Это был всего лишь сон.
Сквозь жалюзи просачивались лучи рассветного солнца. Стрелки настенных часов наполнились теплым свечением — они показывали шесть утра. То есть я проспал всего четыре часа.
Сегодня понедельник, а чемпионат состоится в пятницу. Время подготовиться еще есть.
Этой ночью на стульях спал Кристофер, благородно уступив мне место на продавленном диване. Он еще дремал, слегка похрапывая. Я уложился обратно, но сразу понял — уснуть не смогу. Голова уже заработала в полную силу, мое тело стремилось вперед — тренироваться, бегать и прыгать, стучать по стенам, делать хоть что-нибудь, что поможет мне на пятничном поединке.
Я выдохнул, встал и, сам пораженный своей наглостью, вставил вилку телевизора в розетку. Прожил в номере почти месяц, и этот телевизор каждый день манил меня, но я не включал его, помня о просьбе Криса. Да и некогда было. А теперь мне вдруг стало все равно — думаю, парень меня простит.
Внутри выпуклого экрана засиял тускло-зеленый свет, но всего на одно мгновение. Через секунду экран тут же потух, словно внутри что-то сломалось. Я поправил две антенны, покрутил щелкающий переключатель каналов. Ни помех, ни звуков, сияние так, ничего. Хлам.
Я уже потянулся к кнопке выключения, как вдруг моя рука замерла, а голову пронзило странное воспоминание из другой жизни. Я не видел конкретных образов из этого прошлого, но меня охватила волна чего-то понятного, близкого и родного. Словно я оказался дома.
Уже через пару секунд я точно знал, что должен сделать. Предохранитель. Надо просто поменять его. Я уже делал это, кажется, в детстве. Навряд ли это воспоминания Джошуа — сомневаюсь, что ему доводилось чинить телеки в его исконно мормонской общине.
Пока Кристофер еще спал, я накинул куртку, умылся вонючей водой, причесался и пошел на улицу. Азиат-администратор сидел в окружении тонких свечей, от огоньков поднимались клубы удушливого дыма. Он бормотал что-то, сложив ладони. На стойке возле дробовика стояла статуэтка гибкой девушки с голубой косой. Не замечал ее раньше. Очевидно, Лэ молился.