— Шайбы потребуют полной смены концепции игры, — начал размышлять я, — волк, значит, вратарём будет, а зайцы будут пулять по нему из разных углов экрана. Мысль интересная, но давай её следующим этапом пустим, а пока остановимся на яйцах.

Вася с некоторой задержкой кивнул, и мы погрузились в изучение его каракулей в тетрадке.

— Ну что, ты, кажется, ничего не упустил, — похвалил его я после получасового обсуждения темы, — теперь дело за малым осталось — выцыганить в Институте детали, в основном это жидкокристаллический экран и микропроцессор, остальное мелочи, и перенести эту программу в коды процессора.

— ПЗУ ещё понадобится, — напомнил Вася, — программу же где-то хранить придётся.

— Точно, — хлопнул я себя по голове, — это ты молодец, что напомнил. И к этому ПЗУ программатор какой-то потребуется, как туда эти коды заносить?

— Да, и программатор тоже, — согласился Вася. — Если все детали нам завтра выдадут, я за неделю управлюсь, — пообещал он.

— Светлая у тебя голова, — похвалил я его, — одного не пойму — чёж ты меня травил-то целый год до этого?

— Так скучно же в школе, — логично объяснил он, — а тут хоть какое-то развлечение.

— А почему ты именно меня выбрал для травли, а не англичанку, например? Или Ираиду?

— Так они же шуток не понимают, а вы понимаете, — разъяснил он всё до конца.

— Чай будешь? — предложил я ему для проформы, а он так же дежурно отказался, и тут я, наконец, остался один.

И начал размышлять над тем, что мне сказал Жменя в будочном подземелье… по уму выходило, что это самый логичный выход из всей моей круговерти, но сердце почему-то говорило, что делать этого не надо ни в коем случае. Прямо, как в комедиях Мольера — долг боролся с сердечным влечением, и победить никак не удавалось никому, в сухую ничью они сыграли. Ладно, подумаю над этим завтра — с этой мыслью я и лёг спать. Снились мне всякие и разные страсти типа Фила Эспозито, играющего в одной команде с Савелием Крамаровым в дворовый футбол на нашей спортплощадке…

----

А утром нас с Софьей поздравляла уже практически вся школа — сарафанное радио сработало на полную катушку. Я сначала отнекивался, мол подождите хотя бы до дня регистрации, а потом плюнул и просто благодарил за поздравления.

— Мы с тобой сегодня просто какие-то звёзды телеэкрана, — сказал я Софье, когда мы наедине остались, — в центре внимания большого творческого коллектива.

— Если честно, — призналась она, — меня это напрягает.

— Терпи, дорогая, — отвечал я, — слава это штука такая, двусторонняя — с одной стороны розы, с другой шипы торчат.