— Какую пирамидку? — попытался я включить дурака.
— Которую ты в правом кармане постоянно нащупываешь.
— А зачем мне её отдавать? Она мне, можно сказать, жизнь вчера вечером спасла… ну если не жизнь, то здоровье точно.
— И всё равно отдавай, — протянул руку Жменя.
— А остальные артефакты, которые ты тут бросил неделю назад, тебя не волнуют? Их же кгб-шники реквизировали.
— Это им показалось, что они что-то реквизировали, — уверенно парировал он.
— А если я не отдам эту штуку, то что?
— Не выйдешь отсюда… или выйдешь, но вперёд ногами.
А я взял и нажал на ту самую грань, которая меня вчера защитой обеспечила, но ничего не произошло…
— Здесь она не работает, — просто сказал мне он, — так что можешь не дёргаться, а просто давай её сюда.
Я пожал плечами и протянул пирамиду, тот сразу спрятал её в ящик шкафа, а потом продолжил:
— Да, если у тебя значится в планах пункт «спасти СССР», то забудь — ничего и никого ты не спасёшь.
— Но ведь история-то слегка изменилась, — возразил я, — Брежнев умер на 10 лет раньше, вместо него Косыгин заступил, а не Андропов… да, и наши ребята выиграли суперсерию у канадцев, а не проиграли.
— Мелочи всё это, недостойные внимания, — обрезал меня Жменя.
А сразу после этого подёрнулся дымкой и начал медленно исчезать, а с ним и весь интерьер моей хрущёвки.
— Гнида ты всё же, Жменя, — сказал я ему на дорожку.
— А я и отпираться не буду, — сказал он, совсем почти исчезнувший, — у нас по-другому не выживешь.
Ну, погоди
После чего он испарился вместе с моим продавленным диваном и шкафом, куда он так шустро сунул вторую пирамидку. А что осталось? Голые бетонные стены остались… да, и выключатель с лампочкой тоже, больше ничего. Вместо окна теперь значилась грубо намалёванная всё тем же куском угля надпись «Удачи, Антон Палыч!».
Я вздохнул и повернулся было к выходу в виде железной лестницы, а потом вдруг подумал, что неплохо бы и третью комнату обследовать, с красной входной дверью — в зелёной был класс и обучение, как жить дальше, в жёлтой мне только что выдали инструкции, а что же в красной может притаиться? Дверь была крепко закрыта, но замок, как я сумел разглядеть в неверном свете фонарика, был английский, и запирающая защёлка у него захлопывалась сама собой.
Попробовал открыть защёлку с помощью складного ножа, но увы, ничего не вышло, слишком узкой была та щель. Плюнул и вылез по лесенке на первый этаж, а там аккуратно сгрёб бутылки обратно на люк, закрыл за собой входную дверь на висячий замок и даже положил ключ под тот же самый камень, где он с самого начала обретался.