Процедура проникания в подвал прошла по моему плану за тем лишь исключением, что Мари-Ванна решила поинтересоваться, почему это я не в школе. Ответил, что заболел и отпросился до вечера. А далее я дождался двух гэбэшников, открыл висячий замок на двери своей дощатой клетушке, включил фонарик и сказал приглушённым голосом:
— Вон в той сумке всё и лежит.
— В какой сумке? — спросил Миша, — нет здесь никаких сумок…
Не укради у ближнего своего
— Да не может этого быть, — растерянно пробубнил я, — вот сюда же я её вчера поставил, желто-коричневую сумку из кожзама… — и я показал на нарушенный в виде прямоугольника слой пыли на одном из ящиков в углу.
— Значит она ноги приделала, твоя сумка, — на рожу Абрамыча вернулось волчье выражение, — и сбежала с этого ящика.
— И висячий замок изнутри открыла, — добавил Миша. — Ай, как нехорошо вводить в заблуждение органы правопорядка, Антон Палыч.
— Короче так, учитель, — продолжил Абрамыч, — либо ты сейчас в течение одной минуты вспоминаешь, где твои игрушки на самом деле…
— Либо что? — упавшим голосом уточнил я, хотя это и так было ясно, без уточнений.
— Либо мы на той же Волге следуем в СИЗО, знаешь, где это?
— Знаю, на Страже Революции, — ответил я.
— Вот-вот, и на этом Страже мы отдаём тебя под стражу, гы, — и они оба неприятно рассмеялись. — А дальше уж там как бог даст… время, кстати, пошло.
И Абрамыч картинным жестом поднёс наручные часы к моему носу… Полёт, автоматически отметил я, подарочные, с надписью какой-то. А мне, в общем, и полминуты хватило — когда такие ультиматумы ставят, мозги сами по себе вдвое быстрее крутиться начинают, так что через тридцать секунд высказал я им такую мысль:
— Видели бабку перед подъездом?
— Которую, их там две штуки сидело? — уточнил Миша.
— Ту, что мне вопрос задала.
— Допустим, и что дальше? — спросил Абрамыч.
— Когда я вчера сумку в подвал запихивал, она мне по дороге встретилась и долго расспрашивала, что я там делаю, в этом подвале. Кроме неё никто не знал и не видел, куда я это дело запихал…
— А ключи? — задал дополнительный вопрос Миша, — ключи от замков у неё есть?
— От входной двери в подвал точно есть, она тут варенья и соленья на зиму запасает, — ответил я, — а висячий замок можно и гвоздём открыть при желании.
— Хорошо, я твою мысль понял, — подобрался Абрамыч, как гончая собака, почуявшая зайца, — бабку мы сейчас раскрутим… но только учти, Палыч, что это твой последний шанс — если пустышка выйдет, считай, что ты уже на нарах сидишь.
Я сглотнул горькую слюну, а они отошли от меня на пару метров и тихо посовещались, видимо о деталях, как Мари-Ванну потрошить будут. Потом Абрамыч громко сказал мне: