Ожидая нападения Рус призвал к себе своих дружинников.

Еще три десятка дал дед — вождь словенского племенного союза. Дал не слишком охотно, но все же уступил, под слово внука, что в схватки вступать он не станет. В конце концов не псих же он нападать на минимум десятикратно превосходящего числом врага!

А дальше была затяжная и выматывающая скачка отриконь.

Когда уже начало темнеть, навстречу из небольшого леска выскочило два всадника. Это оказались его дружинники из новичков, что как раз караулили его появление.

— Здорово Юша! Халява!

— И тебе здравствовать Рус! — хором ответили они.

— Уточнили сколько их⁈

— Около семи сотен, — ответил Юша. — Может восемь. Мы смотрели их совсем издалека, чтобы не попасться на глаза их дозорным, они как ты и предполагал из наших… дружинники Истра, так что точно не подсчитать.

— Ясно. В каком месте они засели на ночь?

— В узкой ложбине.

Рус удовлетворенно кивнул. Была еще большая ложбина, и заночуй кутригуры там, было бы гораздо больше мороки.

— Ведите!

Три пятерки воинов, осторожно, ползком, приближалась к северной части ночного лагеря противника. Увы, подступы к лагерю были практически лишены какой-либо растительности, лишь тут и там росли чахлые кустики, потому приходилось ползти по-пластунски. Ползли медленно, прячась за каждым бугорком, ныряя в каждый овражек, сливаясь с землей, причем не только в переносном смысле, но и в прямом, то есть извязывавшись в ней с ног до головы.

Малая орда встала посередине долины фактически перегораживая ее от одного края до другого, а стреноженные кони паслись в получившемся загоне.

Чтобы кони не разбрелись, ведь даже будучи стреноженными, они в поиске травы могли подняться по склону, кочевники поставили на равном удалении друг друга пять небольших постов по дюжине человек. Так же эти посты служили защитой табуна от нападения хищников, тех же волков, коих в степи сейчас бегало на удивление много.

Молодняк, что находился на этих постах и караулил коней не спал, поглядывая по сторонам, но это все же не являлось полноценным секретом, они жгли небольшой костерок, а после того, как посмотришь на огонь, разглядеть что-то в темноте крайне непросто.

Кутригуров подвела усталость, ведь если ставили кого-то на такой пост, то на всю ночь, без смены на отдохнувших, так что нет ничего удивительного, что к середине ночи они стали квелыми и не сильно внимательными. Потому не стоило удивляться, что дружинники в конце концов подползли к ним на дистанцию броска и в какой-то момент, встав, принялись швырять метательные ножи.