Пехота тут не сильно актуальна, а что до кочевников, то потери будут такие, что все эти скифо-гунны рисковали окончательно кануть в Лету. К тому же такое нападение не останется без ответа и обязательно приведет к ответному вторжению с целью мести о чем Рус тонко намекнул в одном из разговоров с вождем крымских степняков.

Но даже после предупреждения сам Рус не успокоился и чутко отслеживал все телодвижения местных степняков, готовый в любой момент объявить тревогу, ибо жадность бывает толкает людей на самоубийственные поступки, а то, сколько металла удалось выплавить Русу могло свести с ума любого местного аборигена. Зная об этом, он собственно не допускал степняков до складов с готовой продукцией, чтобы лишний раз не провоцировать.

Конечно, обязательно кто-то проболтается, несмотря на все запреты, но слухи слухами, могут ведь и не поверить, подумав, что рассказчик просто преувеличивает, но вот если увидят сами, то все могло пойти в разнос.

Опять же его армия постепенно росла. После того, как стало ясно, что авантюра Руса удалась и он смог разгромить зимующих в Крыму кутригуров, так что от них полетели лишь клочки по закоулочкам, к нему стали стекаться новые отряды. Причем они были уровнем выше в плане боеспособности как по оснащенности, так и опытности, ведь с Русом в набег пошли изначально прямо сказать самый неликвид, что смог победить только за счет внезапности удара и продуманной тактики.

Рус прибывшим был только рад, лишних воинов не бывает, да еще в такой тревожной ситуации, другое дело, что он жестко требовал признания себя главным с беспрекословным и точным выполнением всех его приказов.

Ну, а чтобы окончательно удержать скифо-гуннов и ромеев в лице херсонесского викария от удара в спину (мог ведь собрать ударный кулак и лихим наскоком выскочив из горных ущелий атаковать промцентр), Рус не зря ведь занимался продажей пленных кутригуров по дешевке. Славян даже по этому поводу насел на брата, требуя пояснений.

— Зачем ты так дешево продаешь пленных? Они ведь стоят раза три, а то и в четыре дороже. Особенно это касается баб с детьми. Этих ты вообще чуть ли не в десять раз дешевле отдаешь.

— А если подумать?

— Хочешь задобрить ромеев?

— Этих тварей не задобришь, — криво усмехнулся Рус. — Это все равно что волка или медведя пытаться умаслить. Откусит дар вместе с рукой, а потом и тебя самого сожрет.

— Тогда не знаю…

— Все просто брат. Смогут они захватить наше железо или нет, это еще на воде вилами писано, может «да», а может и «нет». Не будь этих купленных по дешевке рабов, может быть и рискнули бы, ибо ничего не теряли в случае неудачи…