— Славян, придется тебе остаться здесь, на случай если Ломж нападет именно здесь. Я же поскачу дальше…

Младший брат понятливо кивнул, сказав:

— Возьми тогда наших заводных лошадей.

— Да, спасибо брат, это будет полезно.

Дело в том, что самый первый городище оказался слишком далеко от второго, что на Птичь. Не сорок-пятьдесят километров, а все семьдесят. Так что одвуконь за световой день могли и не успеть добраться, а вот отриконь, уже гораздо реальнее.

Руса же гнала тревога. Слишком уж городище на Словечне лакомая для потенциального агрессора, несмотря на то, что являлось самым крупным из всех прочих, что основали на Припяти. Это поселение словно само просится, чтобы его разорить и аборигены с разбойным типом мышления не смогут избежать столь сильного искушения.

И вот новая еще более изматывающая скачка. Ведь это уже четвертый бросок и усталость накапливалась.

О том, что Ломж не устоял перед искушением, стало ясно еще задолго до того, как Рус добрался до места. За горизонтом, в районе городища поднимался густой черный дым, что был едва заметен в быстро опускающихся сумерках.

— Вперед!

Нахлестывая роняющих пену лошадей, пять сотен всадников пошли в последний рывок.

32

Вот уже и зарево пожара видно. Языки пламени поднимались выше деревьев. Горело в районе ворот. Что там произошло можно было только гадать, вплоть до того, что противник устроил поджог специально. Зачем штурмовать и терять людей, когда все можно сделать гораздо проще с помощью огня?

Последний отрезок пути воины гнали как на пожар… собственно так оно и было, скакали сменяя под собой лишь двух лошадей эксплуатируя их буквально на износ только лишь бы у третьей осталась хоть сколько-нибудь сил для одного рывка.

Рус вместе с полудюжиной дружинников самолично отправился на разведку, пока остальные воины отходили от бешеной скачки и готовились к бою. Огромный пожар прекрасно освещал все вокруг, так что несмотря на опустившуюся ночную темень видно было как днем.

Двигались со всеми предосторожностями, но они оказались напрасны. Никаких секретов ятвяги не выставили. Во-первых, не до изысков с секретами, не те сейчас времена, а во-вторых, все они сейчас находились у городища в предвкушающем ожидании, когда наконец прогорит участок стены и можно будет наконец ворваться в городище и поживиться богатыми трофеями в том числе женщинами, предварительно порешив всех мужиков, чудом выживших обратив в рабство.

На их глазах, под радостный рев осаждающих, в небо вдруг взметнулся здоровенный столб искр, одна из воротных башен, а их строили без дураков, прогорела и рухнула под собственным весом. Вслед за ней, опала вторая башня, так же породив облако искр.