Последнему обстоятельству хан только порадовался. Чем больше пленников, тем богаче добыча.

«Это будет наверное особенно забавно, если ромеи их заставят сражаться за себя в одном строю плечом к плечу: кутригуров, ятвягов, пруссов и самих славян», — мысленно засмеялся Болгар.

Правда атаман Славян с тысячей воинов куда-то почти сразу после прибытия ускакал, проследить за ним не удалось, но вслед за этой информацией, поступила другая, та, кою он и особенно молодые и горячие до добычи все это время с нетерпением ждали.

— Великий хан, они вышли! — прохрипел падавший от усталости гонец, что почти загнал своего коня.

— Наконец-то! Выступаем!

Утром вся орда оногуров снялась со стоянок и двинулась наперерез славянам. Разведчики первые сутки докладывали о направлении их движения, но так же отмечали, что славяне им всячески противодействуют, так что и вовсе стало невозможно за ними следить, тут же кидаются в погоню. Но это уже не имело значения, как и обильно пошедший еще днем снег. Это даже порадовало Болгара. Из-за непогоды славяне, что тащили с собой весь свой скарб, не смогут развить достаточной скорости и не успеют добраться до следующего острога, на что может быть они рассчитывали.

— Хотя надо было их сжечь… — подумал он. — С другой стороны это ничего не изменило бы, просто построили бы другой…

Сделав суточный переход встали на ночевку. Коней отогнали в поле, сам лагерь обустроился у рощицы, часть которой пошла на дрова.

Кони ковыряли копытами наст добираясь до прошлогодней травы и с аппетитом ее жевали…

Ночь прошла тихо, а вот утро…

— Беда, отец! — с паническим криком ворвался к нему в походный шатер один из его сыновей.

— А… что?.. — еще плохо что соображая, вскочил на ноги Болгар, хватаясь за оружие. — О чем ты говоришь, Орэшт⁈

— Наши кони!

— Что? Неужели угнали⁈ — выдал спросонья классическую степную беду, хан.

— Хуже! Они пали!

— Пали⁈ Почему⁈

— Отравили! Их отравили, отец!

— Отравили⁈ Как?!! Неужели дозорные пропустили врага⁈

— Не было никаких врагов, отец! А отравили вот этим! Смотри!

Орэшт протянул отцу небольшую подмокшую зачерствевшую булочку и разломил ее пополам. Внутри, вместо мякиша, что оказался вынут, находилась какая-то масса, что для вязкости была смешана с тем же мякишем и маслом. А чтобы булочка не развалилась на две части и содержимое не выпало, когда конь сначала несколько раз задев копытом, а потом стал бы хватать ее зубами, перевязана пучком сухой травы.

Что до собственно содержимого, то Рус приказал еще летом собрать как можно больше всяческой растительной отравы, начиная от белладонны и заканчивая клещевицей являющейся источником одного из самых смертельных ядов — рицина, плюс грибы вроде мухоморов. Вот эта гремучая смесь из всего, что удалось собрать и пошла в ход.