— Уточняю анкетные данные, Матвей Иваныч, — сказала она чересчур сурово, помня, как её выжили из заветного кабинета, — несовершеннолетние иждивенцы появились?

— У меня? — удивился Матвей Иваныч.

— У вас! — прищурилась Анжела, — Не у меня же.

— А вам зачем знать? — продолжал недоумевать Матузков.

— Список составляю на сладкие подарки. У кого дети — тому положен кулёк с конфетами к новому году, за счёт профсоюза.

— Детей нет, Степанида только, — развел руками Матузков.

— А, — подняла Анжела вверх брови, — питомцу своему конфет сами купите.

И дверью хлопнула. Матузков вздохнул и подпёр кулаками подбородок. Он искренне не понимал, как Степанида может кому-то не нравиться? Сколько «висунов» помогла раскрыть! И в отделе стало веселее с её приходом на службу! А начальник милиции Гургенов в шутку произвел мышь в «мелкие лейтенантки»…

Обиженная Степанида смотрела в окно, улепленное снаружи белыми снежинками. Домовой гладил её по голове широкой полупрозрачной ладонью — не хотел материализоваться. Опасался, что в кабинет заглянет кто-то посторонний. Если к мышке уже привыкли, то Бороду вполне могли испугаться, всё-таки нечисть!

— Я не питомец, а сотрудник Кольчугинского отдела! — наконец сформулировала Степанида, — и не нужны мне их пайковые. Я на совесть служу. А не понимают этого только разные вертихвостки.

— А что такое новый год? Новый отчётный период? — спросил домовой и слетел с сейфа на стол следователя.

— Совершенно верно! — Матузков с широкой улыбкой поднял указательный палец правой руки вверх, — айда на рынок!

* * *

Кольчугинские зимы не баловали мягкостью. Вьюга сыпала крупку за шиворот, бросала ледяные пригоршни в лицо. Ветер обвивался вокруг бедного пешехода, норовя забраться в рукава и даже в брючины. Матузкову выдали новый тулуп в конце декабря. «Как в гробу, не повернуться», — жаловался он коллегам. Таскать на себе почти десять килограмм овчины было не так уж приятно. Тулуп стеснял движения, сидел неловко, колом, но мороз диктовал свои правила, и зампотылу был с ним согласен. Старую куртку пришлось повесить в шкаф до весны.

И хотя Матузков не любил зимнюю суету, праздничный дух декабря и всякие сюрпризы, после того, как он обзавёлся забавной компанией с хутора Кривого, пришлось изменить и отношение к новому году. Теперь были подопечные, о которых просто необходимо было заботиться.

Степанида не любила гулять по морозу, и даже боковой карман дублёнки для неё был неуютным местом, куда задувал ветер и заметал снег. Но как же усидеть в отделе на тёплом радиаторе отопления, если начальник хитро улыбается и обещает покупки? Для такого случая у мыши была припасена вязаная пушистая шапка — подарок библиотекарши Анечки.