— Что ж тут непонятного? — возмутилась Степанида, — чтобы обучиться исполнению любовных серенад. Если дама не принимает земных даров, ее надо духовно обаять.
Матузков уже подвывал от смеха, представляя, как Гоша репетирует с симфоническим оркестром.
— А я стучала и гремела, чтобы привлечь внимание Анны Степановны, но она мои знаки истолковала превратно, — завершила кикимора свой рассказ.
Внезапно открылась дверь, и в комнату вошла Анечка. В пылу беседы никто не заметил, как она вернулась с работы. Анечка с удивлением смотрела на гримасы Матузкова, подозревая у него психическое неблагополучие. Видеть собеседников следователя она не могла, потому вид Матвея Ивановича шокировал и пугал её.
Матузков покраснел, раскланялся и выбежал вон, позабыв о своих сподручных. Домовой вылетел следом, а мышь юркнула между ног Анечки и выскочила из дома.
* * *
Поиски Гоши в оперном театре были долгими, но исключительно продуктивными. Он спал в кудрявом парике ведущего тенора театра. По всей видимости, он уже был сыт по горло искусством, потому что очень обрадовался печенью, которое Матузков всегда держал при себе на случай приступа Степанидиного лютого голода.
Когда Гошу вернули его счастливой хозяйке, сцена встречи была настолько трогательной, что домовой прошептал:
Эта встреча никем не воспета, И без песен печаль улеглась.
Конфеты на ниточках
Анжела — бывшая практикантка следователя Матузкова осталась работать в Кольчугинском отделе. В сыскном оперативном деле она была слаба, а вот девичья стать выпускницы школы милиции руководству приглянулась. Анжелу определили в штаб, к другим таким же юным красавицам. Домовой Борода завершил ежесуточный облёт владений и принёс сплетню в клочках своей бороды.
— Аферистка, — отреагировала мышь Степанида. Она всё еще помнила, как несносная практикантка хотела заграбастать в женихи Матузкова. У Степаниды были другие виды на будущность рыжего капитана полиции. Чем ему Аня-библиотекарь не подруга? И собой хороша, и вяжет, и шьёт, и печенье печёт, а уж борщи варит…
— Степанида, ты несправедлива к Анжеле, — развёл руками Матузков, — девчонка старательная. Она шустро в документах порядок наведёт. По штабной части знаешь сколько всего знать и уметь надо?
— А то! — снова фыркнула мышь, — И подолом перед начальством мести и глазки строить — наипервейшей важности качества. Этого у неё с избытком. Тьфу!
Домовой захихикал, устраиваясь удобнее на сейфе. Ему не терпелось дослушать, чем закончится спор мелкой лейтенантки и её сурового начальника. Но тут открылась дверь, и в кабинет заглянула та самая Анжела.