Миф о Тангуне впервые был записан в «Оставшихся сведениях о трех государствах» в XIII веке. Упоминания Чесока как такового в этом мифе нет, но, по-видимому, среди корейских шаманов его культ формировался как раз в период Корё и связывался с Индрой — тем самым отцом Хвануна, который жил на небе и отпустил сына на землю. Чесок уравнивался с Индрой и Буддой-Татхагатой. Шаман из стихотворения Ли Кюбо тоже называет себя Чесоком, главой всех духов. Поэтому можно предположить, что у шаманов Корё вера в Чесока была особенно сильна.
Портрет Тангуна. Чхэ Ёнcин (1850–1941)
“ ” CC BY , /
В период Корё большую роль также играет культ Неба. Интересно, что в представлении конфуцианцев корейский правитель мог получить Небесный Мандат на управление страной только с одобрения китайского императора. Однако в период Корё монархи строили собственные алтари Неба — Вонгудан. Что касается мировоззрения шаманов, в их картине мира, помимо Чесока, на небе обитали различные духи, среди них дух Семи звезд Большой Медведицы(чхильсон) , дух Солнца, Луны и пяти звезд-планет[66](ирвольсонсин) и души покойных.
Что касается духа горсансин , столь почитаемого в шаманизме, то в период Корё единого представления о нем еще не было. Поклонялись духам четырех гор — Токчоксан, Пэгак, Сонъак и Мокмён. Во время празднований в их честь славили и правителя. Об отсутствии единого духасансин может свидетельствовать мистический эпизод из вымышленной биографии предков основателя Корё Ван Гона, записанный в XIII веке[67] .
В давние времена жил один человек по имени Хогён. Некогда он переселился с горы Пэктусан в одну из долин гор Пусосан, взял себе жену и построил дом. Жили они в довольстве, только детей у них не было. Хогён метко стрелял из лука и часто отлучался на охоту. И вот однажды он и девять односельчан отправились в горы Пхённасан ловить соколов. Стало смеркаться, и пришлось им заночевать в пещере. Вдруг у входа в пещеру появился тигр и страшно зарычал. — Тигр хочет нас сожрать, — сказали они друг другу. — Давайте-ка бросим ему наши шапки. Чью шапку он схватит, тому и выйти с ним сразиться. Так и сделали, а тигр сразу схватил шапку Хогёна. Пришлось тому выйти из пещеры, чтобы вступить с тигром в бой, и вдруг он исчез, и тотчас обрушилась пещера. Девять человек так и не смогли из нее выбраться. Хогён вернулся домой, обо всем рассказал жителям округа Пхённагун и снова отправился к пещере, чтобы похоронить односельчан. Сначала он провел ритуал жертвоприношения божеству горы, и божество явилось Хогёну: — Я вдова и хозяйка этой горы. Нынче мне посчастливилось встретить совершенного мудреца, и я хочу стать вашей супругой, чтобы вместе управлять божествами. Дарую вам звание великого властителя этой горы. Только она кончила говорить, как тут же исчезла вместе с Хогёном, и больше он нигде не появлялся, а жители округа стали его величать Великим государем, возвели алтарь и начали приносить жертвы его духу. Поскольку те девять человек погибли на горе Пхённасан, ее решили назвать Курёнсан — Гора девяти драконов.