— А зови обеих двух.

Брехт, понятно, этого разговора не слышал. Внизу прогуливался, портреты и батальные сцены великих мастеров, рассматривая. Какие они все эти австрийцы решительные и воинственные. О разговоре этом было не тяжело догадаться, так как халдей мигом назад прилетел, их взяли с Васькой в коробочку гвардейцы, числом четыре, и повели по анфиладе комнат и этажей на третий этаж. Надо понимать в личные покои императора. Не угадал. Это были личные покои Марии Терезии.

— Князь, — дамы ему ручки сунули. Он им тоже. Императору уже дарил ручку с рубином, а этим двум нет ещё, вот ручками и обменялись.

— Ваши императорские Величества, Ваше императорское высочество, — поклонился, как настоящий Д'Артаньян, Брехт. Шляпы ещё с пером не хватает, чтобы пол подмести.

— Пап, а можно я Васильису спрошу! — не, не просительным голосом, требовательным. Накипело у девочки.

— Василиса прочти чего из Псалтыря.

— Всес­вя­тая Тро­ице, Бо­же и Со­дете­лю все­го ми­ра, пос­пе­ши и нап­ра­ви сер­дце мое, на­чати с ра­зумом и кон­ча­ти де­лы бла­гими бо­годух­но­вен­ныя сия кни­ги, яже Свя­тый Дух ус­ты Да­видо­вы от­рыгну, — грозно, как учил, пропела Василиса.

— Ой, чего это она.

— Хм. Ваше Высочество … Да?! Волшебница говорит, что знает твой вопрос и скажет ответ, но при условии, что сон, который она потом расскажет, император воспримет всерьёз. Это очень важно.

— Пап!

— Конечно, конечно, князь, что за сон?

— Пап.

— Эх. Хорошо. Пусть Васильиса Приблюдная скажет ответ на твой незаданный вопрос.

— Она сказала уже. Ответ — Буонопартий.

— Пап!!!

— Поворот, однако.

— Второй муж будет военным. Фельдмаршалом.

— Пап?!

— Судьба.

— Пап?

— Шли бы обе нахрен! — чуть более демократично. Всё же побаивался жены император.

— Дамы, вы не покинете нас, мне нужно серьёзно поговорить с послом. Ах, да, что там ещё за сон у ведь… У госпожи волшебницы?

— Курфюрст Вильгельм Гессенский и его банкир Майер Ротшильд, иудино семя, хотят ограбить Ваше Величество и вашу империю. Они везут в Вену три огромных экипажа фальшивых банкнот достоинством пятьдесят и двадцать пять гульденов. Многие миллионы гульденов. Завтра после обеда, по снам Василисы, они будут уже в Вене.

— Вона чё?!

Глава 20

Глава 20

Событие пятьдесят шестое

У адвоката репутация тем выше, чем больше его подзащитных отправилось на виселицу (виселица одновременно служит рекламой и свидетельствует о серьёзности процесса).

Джордж Бернард Шоу

Альбрехт, 2-й князь Сайн-Витгенштейн-Берлебург. Так представился молодой совсем человек, вломившийся к Брехту через пару дней после памятного разговора с императором. Что можно про родственничка сказать? А ничего про него не скажешь. Ну, разве что нос семейный и рост. Пониже будет, чем Пётр Христианович, но всё равно за метр восемьдесят. Двадцать пять лет князю. Фюрсту, понятно.