Те две 12-фунтовки, что Брехт затрофеил, при подходе неприятеля на пятьсот шагов, прогремели слитно и отправили, так называемую «Картечь дальнюю» весом почти десять кило, содержащую 41 пулю № 8 навстречу янычарам.

Это же другое дело. Прямо смело во второй колонне передние ряды наступающих. Минута и ещё один залп 12-фунтовок. И снова просеки целые в рядах неприятеля.

— Перейти на ближнюю картечь. — Проорал Божович и немцы запихали в ствол мешочки с другой дробью. Эта была под номером три. Вес всех дробин чуть меньше, около 9 килограмм,а вот дробин уже не сорок, а 170.

— Огонь. — Ох, хорошо, ещё большие просеки в рядах неприятеля. Прямо сердце радуется. Таких бы три десятка пушек и вымели бы придунайскую степь от ребят в красных платьях.

— Всем, ближней картечью огонь. — А вот это уже другое дело. До этого мелкие пушчонки своими ядрышками только злили врага. Ну, убьёт одного, ну нарушит он на мгновение строй. Сомкнут ряды янычары и дальше прут в свою психическую атаку под барабанный бой. А тут сорок пушек картечью. Бабах. И две наступающие колонны сразу с ритма сбились. Застопорились. Картечь хлестанула по идущим впереди, и разорвала в клочья и барабаны, и барабанщиков. Ритма больше никто не задаёт. Сбились. Бабах. Тоже хорошо. Тут передовые наступающие и наступающие им на пятки дошли до свинюшки переодетой. И встали, и давай сабельками кол этот деревянный рубить. Столпились, друг другу мешают. Бабах. А чего? Надо было додуматься до трёх или пять таких кольев с ряженными свиньями. Это бы минут пять времени артиллеристам дало. Ничего. На Кавказе с персами ещё воевать. Они ведь, без базара, тоже мусульмане. А ещё с Кутузовым можно против настоящих турок в Бессарабии. Запомнить нужно задумку. Срубили красные кол, и гордые, восстановив порядок в колоннах, пошли снова вперёд. Да, потеряли всего пару минут, но сорок пушек успели дополнительный залп картечью дать. И несколько сотен бусурман отправились к Аллаху, в рай или в ад.

А тут эти красные вообще подставились, Брехт, чётко осознавал, что этот момент настанет и к нему приготовился. Он от себя в обе стороны обороны выстроил цепочку ретрансляторов и даже прорепетировал пару раз. Не на сто процентов и с небольшой задержкой, но придумка работала. Мужики — ретрансляторы одну единственную команду проорали, и солдатики и немецкие и черкесские и сербские и русские её выполнили.

Янычары дошли до линии эффективной стрельбы из своих короткоствольных и гладкоствольных фузей и встали на колено одно.

— Ложись! — проорал князь Витгенштейн.