— Конечно, интересно, выкладывай, — она тем временем быстро вытащила из холодильника остатки салата и поставила греться электрический чайник.

— Выкладываю, — ответил я, — босс мафии этого района постановил устроить поединок между мной и этом Бобом… кто победит, тот и прав окажется.

— Что за поединок? Ты уж до конца договаривай.

— На кулаках — Боб оказался боксером, а я попытаюсь вспомнить, чему меня научил товарищ Ким в секции тхэквондо…

— И чего, вспомнишь?

— Постараюсь… о времени и месте мне сообщат дополнительно… кстати, не таким уж плохим парнем оказался этот Боб, мне лично будет жаль его угандошивать.

Эспозито и все-все-все

Утром мы не стали ждать школьного автобуса, а просто прогулялись до Хай-скул вдоль по Бронксу. Погода стояла замечательная, все плюс десять градусов значилось на термометре, и осадков никаких — я бы, например, всю жизнь прожил в таком климате. С Джоном встретились непосредственно во дворе школы.

— Так что там с Мэри-то? — вспомнил я этот момент.

— Нехорошо с ней, — помрачнел Джонни, — перевели в онкологический центр в Нью-Джерси.

— Даже так, — проникся ситуацией я, — все так серьезно? Надо бы съездить туда что ли, проведать твою сестру.

— Съездим, — кивнул Джон, — только уж после каникул наверно… а сегодня у нас визит знаменитых хоккеистов, не забыл?

— Как же такое забудешь, — усмехнулся я, — но для начала нам с Элен надо выбрать профильные предметы для обучения.

— Это вы на первой перемене сделаете, а сейчас у нас биология, препод там нехороший, поэтому не высовывайтесь и ведите себя тихо.

— Да без проблем, Джонни, — вмешалась в наш диалог Лена, — уже чего-чего, а вести себя тихо в советской школе обучают первым делом.

Декана почему-то в этот день на входе не стояло, поэтому мы беспрепятственно переместились на третий этаж в кабинет с табличкой Biology. Учитель по этому предмету, как совершенно верно подметил Джон, был стар, суров и заикался еще при этом. Звали его Энтони Куин, это он сообщил лично нам с Леной, остальные-то давно в курсе были.

Напомнил мне этот Энтони одного учителя из своей прошлой жизни, который был зол на весь белый свет, потому что ему женщины не давали. Короче самый неприятный вариант одинокой дамы, отраженный на противоположный пол. И еще он и орал по любому поводу, например, на этом вот уроке он это делал из-за того, что Билли с задней парты отвернулась к окну, вместо того, чтоб слушать его умные речи про пестики и тычинки. А второй раз его гнев обратился на весельчака Питера, он, по его мнению, перестал конспектировать его мысли. Мы с Леной сидели тихо, как мыши, поэтому на нас он своего гнева не обрушил, и на том спасибо.