— Виктор и Элен? — уточнила она на всякий случай, — я Виктория, кофе будете?

— Нальете — будем, — ответил я не менее популярной фразой.

Она быстро достала два стакана из тумбочки и пододвинула к нам банку с растворимым кофе — сами разбирайтесь. Мы и разобрались.

— Значит, русский танец будете исполнять… — она задумчиво оглядела нас с ног до головы, — сейчас что-нибудь придумаем. Музыку-то выбрали?

— Это зависит от того, что у вас имеется, — вежливо ответил я, — из русского народного творчества.

— Что у нас имеется… — она встала, подошла к стеллажу с кассетами и бегло просмотрела его, — Казачок есть — подойдет?

— Отлично, — обрадовалась Лена, — я в пятом классе этот Казачок танцевала как-то раз… на 7 ноября дело было.

— А что у вас за праздник 7 ноября? — Виктория вытащила кассету с полки и начала заправлять ее в большой магнитофон, стоявший на полу в углу.

— Годовщина Октябрьской революции, — просветил ее я, — в этот день большевики свергли Временное правительство в Петрограде.

— А почему она называется Октябрьской, — продолжила спрашивать учительница, — но празднуете вы ее в ноябре?

— Через год мы перешли на Григорианский календарь, — вспомнил я, — а это плюс 13 дней… вот и получился ноябрь.

— Ну слушайте свой Казачок, — и она нажала кнопку Пуск, из динамиков раздалась бодрая музыка… до Чингиз-хана, прославившего эту мелодию на весь мир, оставалось еще то ли два, то ли три года, так что пока она была без слов.

— Нормально, — высказалась Лена после прослушивания, — теперь бы еще костюмы какие-нибудь подыскать.

— Сейчас и костюмы подыщем, — пообещала Виктория, убирая чашки в стол, — пойдемте…

И мы все вместе передислоцировались в дальний конец этого длинного помещения с литерой С. Там за занавеской висели порядка полусотни костюмов, платьев и рубашек в прозрачных чехлах. От пыли, подумал я, очень правильно сделано. А наверху на полочке еще и головные уборы имелись, от шекспировских двурогих шапок и до современных кепок. Лена тут же ухватила самое главное.

— Вот эти меховые шапки — это то, что нам нужно, — показала она на две шапки-ушанки из натурального меха, по-моему из кролика… а может, из енота.

— И вот эти два костюма тоже пойдут, — указал я на плисовую рубашку с шароварами и вышитую блузку с ярко-красной юбкой по колено. — Обувь уж мы свою оставим…

— Конечно, — Виктория сняла с вешалок все, на что мы указали, и скомандовала, — переодевайтесь… можно за теми занавесками… а я посмотрю, как оно сидит.

Размеры практически наши оказались, немного штаны только подогнуть пришлось. Мы продемонстрировали все это учительнице, после чего она одобрительно кивнула, а далее сказала: