Октагон

А потом лично нажал большую красную кнопку с цифрой «-2», но с нами не поехал.

— Что-то мне это не нравится, Витя, — призналась Лена, — почему все вверх пошли, а нас вниз отправили?

— Потому что не все животные попадают в рай, — вспомнил я не к месту название одного фильма, — некоторые в ад едут… ну или как вариант, в чистилище.

— Ты меня не пугай, — сурово ответила она, а лифт наконец-то остановился и открыл двери.

За дверями был длинный коридор, вырубленный буквально из скал… в стокгольмском метро похожие интерьеры на центральных станциях.

— Не нравится мне тут, — повторила Лена, — может, назад вернемся?

— Поздняк метаться, — ответил я, обернувшись к лифту, кнопки вызова тут вообще не было, поэтому открыть двери не представлялось возможным. — Пошли уже по этому коридору… поговорку такую знаешь — лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Да и что с нами может такого случиться в центре огромного мегаполиса — это же не Африка и не Южная Америка, верно?

— Знаю я эту поговорку, — ответила Лена побелевшими губами и взяла меня за руку, — пойдем, конечно.

Коридор повилял вправо-влево и закончился большим залом, по бокам его шли железнодорожные пути, а на центральной платформе имел место большой огороженный сеточками ринг с восемью сторонами, октагон, вспомнилось мне.

— Ну наконец-то, — это сказал мне мистер Санчес, вышедший из подобия шатра, который был разбит чуть дальше ринга, — сейчас будешь биться с Бобом.

— Могли бы и заранее предупредить, — сделал я ему замечание, — а то развели какие-то тайны… мадридского двора.

— Не придирайся, Виктор, — погрозил он мне пальцем, — на тебя тут не ставят, если интересно — Боб идет как три к одному.

— А мне можно поставить на Витю? — неожиданно выступила на первый план Лена.

— Почему же нельзя, можно, — улыбнулся Санчес, — сколько хочет поставить мисс?

— Сто баксов, — ответила она, доставая из сумочки две купюры с портретами Гранта.

— Ставка сделана, — забрал их у нее мексиканец, — в случае победы Вити ты получишь триста долларов, в случае поражение ничего.

— Согласна, — кивнула она.

— Ну тогда ты иди переодеваться и разминаться, — указал он мне на шатер, — Боб уже размялся и полностью готов к встрече.

В шатре суровый латинос со шрамом через все лицо без слов указал мне на отделенное занавеской помещение, я и зашел туда — надел майку с эмблемой Нью-Йорк Никс почему-то, трусы без эмблем и кроссовки Найк, на руки мини-перчатки. Попрыгал, поприседал, побоксировал с тенью и вышел обратно к рингу. Боб уже ждал меня там, меся воздух довольно быстрыми ударами. Серьезный противник-то, подумал я, как бы не облажаться.