Я заторможенно остановилась и развернулась назад всем телом.

Кто это там бежит на пределе сил через всё колоссальное посадочное поле? Развевается короткая накидка, похожая на тлорскую. И так быстро, словно ветер, может бегать только…

Ири!!!

Держите меня кто-нибудь, а? Держите мой мозг, или он взорвётся… Держите стартовое поле, оно хочет перевернуться!

Ири…

Но ведь этого же не может быть…

7

Стартовое поле кое-как устояло. Река ветра застыла. Застыло всё.

— Эо!!! — отчаянный крик, такой знакомый голос, который ну никак не может тут прозвучать, ведь его обладатель остался за тысячи парсеков отсюда.

И ехидный смешок Богатырёва. Ну, как же без него что-либо обойдётся? Он даже Ири сумел догнать. Почти.

— Эй, тлор, как тебя там! Не обращай внимания, она не может пока разговаривать, её… э-э-э… накачали зельем. Но, уверяю тебя, она рада до умопомрачения!

Кто-то ещё закричал, много людей, а потом они все разом замолчали и только смотрели.

Посреди посадочного поля, на глазах у огромной толпы людей, отражаясь на гигантских телеэкранах, стояли, обнявшись, двое. Они вцепились друг в друга, словно на краю гибели, и застыли.

Мой тлор обнял меня, крепко-крепко. И так, чтобы у меня была возможность дышать. Я завела пудовые руки за спину Ири, сцепила пальцы в замок. И так, чтобы никто не разомкнул. Медленно-медленно запрокинула голову, ошеломлённо посмотрела в ясное небо, а затем на своего тлора. Это не сон и не глюк? Это всё — на самом деле? Пошевелила непослушными губами. Он правильно понял безмолвный вопрос.

— Как я сюда попал? Твои друзья помогли. Наши друзья.

Я так же медленно оглянулась. Кирей решительно загородил дорогу Глебу Петровичу. Вдруг обнаружилось, что они одного роста, и девятиклассник миарийского происхождения не менее плечистый, чем взрослый землянин. Андрей перехватил Эллу Валерьевну, да она и не особо сопротивлялась. Раз тут целый заговор, пусть все остальные сами с Лариской разбираются.

Но как? Каким образом Ири сюда…

— Меня спрятали внутри вашего железного человека. Вынули оттуда все внутренности, и я залез в железный корпус.

Положим, не железный, а титаново-нейтридный, но это неважно.

— Надо сказать, это было самое сложное испытание, какие пришлись на мою долю, — он усмехнулся, так задумчиво, серьёзно и нежно, совсем по-взрослому. — Я чувствовал себя заживо погребённым. Потом меня перепрятали в каюте пилота. Я не вирджан и не обладаю особыми силами, я не был уверен, что выдержу полёт между звёзд. Мне хотелось вылезти и посмотреть на другие солнца поближе. Мне хотелось вылезти и поскорей разыскать тебя, чтобы посмотреть на тебя. Но ребята-вирджаны всё уверяли, что пока нельзя, им приходилось удерживать меня. Потом меня снова спрятали в железного человека… Я очень боялся, что меня обнаружит ваш строгий номбарун Галеф, и я больше никогда не увижу тебя…