Продавец вежливо выставил ладонь вперед. — О, что вы, сэр. Ничего не нужно. Счет уйдет напрямую в бухгалтерию авиакомпании в конце месяца. Это стандартная процедура для экстренных случаев. Пожалуйста, просто распишитесь в этом бланке и поставьте свое имя тут… и вот здесь.
Я уверенно вывел «Эдвард Руни» размашистым, неразборчивым почерком. Продавец упаковал все в пакеты и я довольный отправился в аэропорт. Предстоял самый важный этап моей аферы.
Глава 18
Спустя час я был в общественном туалете терминала В аэропорта Лос-Анджелеса. Тут воняло хлоркой и табаком, были слышны объявления о начале регистрации того или иного рейса. Запершись в узкой кабинке, я переоделся. Старая одежда отправилась в сумку, а я предстал перед зеркалом в темно-синей «броне». Несмотря на отличный крой кителя, без кокарды на фуражке и крылышек на груди я чувствовал себя голым. Ничего, сейчас мы это поправим!
Я вышел в общий зал и притаился за колонной возле служебного прохода, листая вчерашнюю газету. Нужен был «троянский конь». Через десять минут удача улыбнулась мне: шумная кавалькада «панамцев» — три пилота и стайка стюардесс в небесно-голубых костюмах — направилась на выход. Лишь бы они не в город… Нет, шли по направлению к офисному зданию Пан Ам.
Я пристроился к ним в хвост, сбивчиво шагая в такт. Фуражку я снял и нес в согнутой руке, прижимая к боку так, чтобы пустая тулья не бросалась в глаза. Охранник на входе, парень с сонными глазами и челюстью, мерно жующей жвачку, лишь скользнул взглядом по золотым нашивками на моих рукавах и лениво кивнул. Мы прошли.
Как только мы миновали пост, я резко взял вправо, нырнув в первый же боковой коридор. Настоящие асы вычислят самозванца за секунду, стоит им заметить отсутствие «птичек» на моем кителе. Сердце бухало в ребра, но лицо оставалось непроницаемым.
Здание Pan Am внутри напоминало лабиринт. Я шел уверенно, словно по собственной гостиной, читая таблички на дверях: «Диспетчерская», «Навигационный отдел», «Канцелярия». Мимо пробегали клерки с бумагами, но на человека в форме пилота никто не поднимал глаз — здесь это был высший биологический вид.
Наконец, в конце длинного коридора я увидел то, что искал. Склад. Массивная дверь с суровой вывеской: «Посторонним вход воспрещен». Я толкнул её и оказался в царстве стеллажей, уходящих под самый потолок. Пахло пылью и новой кожей.
За стойкой, заваленной формулярами, сидел чернокожий долговязый парень в форменной рубашке. На нагрудном кармане висел бейджик: «Джон Снайп».
— Добрый день, сэр! Чем могу помочь? — негр тут же подорвался, уставился на меня, как Китти три часа назад. Преданно, с заглядыванием в глаза.