Со многими из найденных ценностей Шу Бао был незнаком, но чисто по энергетической составляющей оценил общую добычу в 5–10 миллионов юаней. Не так выгодно, как истреблять целые стаи ради сбора душ, но исследования — это не про стабильный доход. Да и по меркам обычных магов его уровня, заработок был просто сумасшедшим.
Однако драконий варан не разделял энтузиазма юноши.
— Грр. (Бесполезно)
— Гррр. (Просто мусор.)
— Грааа. (Хм? Это едва достойно стать закуской.)
Озадачившись такой реакцией «босса», юноша задал несколько уточняющих вопросов и пришел к неожиданному выводу: у монстров практически отсутствует концепция обмена! Помимо человекоподобных тварей, что приспособились для жизни в обществе, им даже в голову не приходила подобная ересь.
«Если вещь бесполезна для меня и моей стаи, то это просто мусор», — примерно так они рассуждали.
Все взаимодействие построено на языке силы — поедать слабых, воевать с равными и подчиняться сильным. Даже если они подсмотрят что-то у людей, по-прежнему есть множество технических ограничений — ничтожное число разумных монстров, огромные расстояния между ними, отсутствие гарантий безопасности…
— Господин дракон, пусть в ваших глазах эти вещи не имеют никакой ценности, они чрезвычайно полезны для других. Если собрать 30–40 таких мешков, мы сможем обменять их душевное семечко в мире людей, — все же попытался объяснить юноша.
Ответом ему была ещё одна звуковая атака:
— ГРАААА! (НЕ ДЕРЖИ МЕНЯ ЗА ИДИОТА, ЧЕЛОВЕК!)
«Б***ь, да кто так разговаривает!»
Набравшись терпения, юноша продолжил просвещать ящерицу-переростка.
— Понимаю, звучит абсурдно, но у всего этого есть смысл. Например, детенышам сильного человека нужно много маленьких камней для развития. Сильный человек не хочет тратить время на сборы, поэтому находит один большой и меняет его на много маленьких. Слабый человек не может добыть большой камень для себя, зато может собрать много маленьких и обменяться с сильным…
— Гррр, грр. (Что за бред ты несешь. Сильный может просто отобрать их.)
— Ладно, зайдем с другой стороны. Для господина дракона эти ресурсы бесполезны, но они полезны более слабым зверям. Если господин дракон поделится ими, слабые звери с радостью станут его подчиненными.
— ГРАААА! (Я ПО-ТВОЕМУ СОВСЕМ ТУПОЙ? СЛУЖИТЬ МНЕ — УЖЕ ВЕЛИЧАЙШАЯ ЧЕСТЬ!)
Устало вздохнув, юноша соорудил из птичьего пуха затычки для ушей и прочистил горло. Варан в его глазах действительно был тупым, но тупость эта была лишь из-за отсутствия знаний, что легко исправлялось.
— Хорошо, начнем с чего попроще. Жили-были племя рыб и племя птиц. Рыбы могли нырять на морские глубины, недоступные птицам, а птицы свободно перемещались по всей суше. И вот однажды…