— Вот тут место интересное, — подметил я. — Переход, а обзор закрыт. Любой нормальный водитель сбросит скорость.

Шмель кивнул.

— Смотри, — сказал он.

Впереди, через две машины, шла тёмная иномарка. Тачку явно вёл водитель — тачка ехала в потоке спокойно, не рыская по рядам, плывя как корабль.

— Похоже, наш клиент, — прокомментировал Шмель.

Я сложил карту и сунул её между сиденьем и дверью.

— Не подъезжай близко.

Шмель чуть отпустил газ. Москвич отстал на десяток метров. Между нами вклинилась бежевая «шестёрка» с помятым багажником и наклейкой «Спартак» на заднем стекле. Цель была видна, но в глаза мы ей не лезли.

— Номера бы глянуть?

— На светофоре посмотрим.

Впереди загорелся красный. Поток начал собираться в плотную пробку. Иномарка встала в левом ряду за чёрной «Волгой». Мы пристроились правее и чуть позади, так, чтобы можно было видеть её борт и заднее стекло. Я повернул голову к обочине, будто рассматривал улицу, а сам смотрел боковым зрением.

За рулём сидел крепкий мужик в тёмной куртке. Стрижка короткая, плечи широкие. Сзади виднелся пассажир. Мужчина сидел чуть боком. На нём был дорогой плащ, рука лежала у стекла, на коленях раскрытая газета.

Светофор переключился. Водитель иномарки тронулся мягко. «Волга» перед ним ушла влево, иномарка заняла освободившееся место и продолжила ход. Шмель держал дистанцию. Москвич троил, но шёл ровно, словно понял, что сегодня на нём серьёзная работа и капризничать лучше после её окончания.

— Артур говорил, что дальше они уходят влево, — напомнил Шмель.

— Смотрим.

Иномарка сбросила скорость у перехода, пропустила женщину с авоськой, потом заранее взяла левее. Водитель сделал это спокойно — он знал дорогу. Это был их привычный утренний маршрут.

Впереди тёмная машина прошла участок, о котором говорил Артур, и ушла в левый ряд перед нужным поворотом. Всё совпадало. Пацан рассказал правду. Или ту часть правды, которую знал.

— Артур не врал, — сказал Шмель. — Тогда можно брать?

Я посмотрел на поток. Возле перехода появился мужик с тележкой, гружённой ящиками. На углу стояла женщина в красной куртке и внимательно смотрела на дорогу, хотя такси не ловила. У газетного киоска крутился парень в кепке.

— Нет, — я покачал головой. — Сегодня просто смотрим.

Шмель крепче сжал руль.

— Жаль.

— Жаль бывает после глупости, а до глупости это называется терпение.

— Красиво сказал… — буркнул Шмель.

Иномарка ушла дальше, постепенно растворяясь в потоке. Мы продолжали идти за ней ещё пару кварталов, уже с запасом. Я отмечал каждую мелочь: как водитель заранее сбрасывал скорость, уходил от люка и перестраивался.