— Я сам с собой забился по этому вопросу. Реалист во мне кричал, что так и будет, оптимист традиционно надеялся на лучшее. Я победил!
Я засмеялась, не столько шутке, сколько его улыбке и горящим глазам. Похоже, сложности его только мотивируют.
— И что будем делать? — поинтересовалась я, втихаря любуясь.
Какое-то время Саша молчал, потом чуть качнул головой.
— Ничего не изменилось. Будем делать то, что делали дальше. Я продолжу собирать факты, пока их не станет столько, что ни антимонопольщики, ни Аркадий уже не смогут от них отмахнуться. Но знаешь, мне пришла в голову одна мысль. А как собственно наши противники планируют захватить «ЭкзоТех»?
Я опешила.
— Ну вот же они несколько раз проворачивали этот номер…
— Да, они снижали уровень работы компании, добивались падения акций и скупали их. После чего восстанавливали компанию. Но «ЭкзоТех» принадлежит всего двум собственникам. Я спросил Аркадия Петровича, продаст ли он свою долю, если всё будет совсем плохо? Тот возмутился, мол, он лучше закроет компанию, чем продаст. Я думаю, это сгоряча, а если совсем припрёт, может и продать. Но идея ясна — уговорить его на продажу, полностью не уничтожив «ЭкзоТех», будет сложно. А зачем он им полностью уничтоженный? Замучаешься восстанавливать.
— То есть покупать будут у Николы? — я пыталась понять, кто хочет сказать Саша. — И что это нам даёт?
Он победно улыбнулся.
— Ничего, — Саша не удержался от театральной паузы. — Если не знать, что Никола не может продать свою часть!
— Это как? Ничего не понимаю, — растерялась я.
— Я выбил из Аркадия Петровича подробности завещания Ермолаева-старшего, — Саша выглядел довольным донельзя. — В завещании прямо сказано, что Никола не имеет права продать свой пакет акций без согласия Аркадия Петровича.
— Ого!
— Я тоже поразился. Этот пункт, конечно, можно попытаться оспорить в суде. Но по факту решение будет тоже зависеть от Аркадия Петровича — будет или нет он биться за это своё право. Если решит, что Никола не должен ничего продавать, то его адвокаты так всё вывернут, что мало Ермолаеву не покажется.
— Но на что же тогда они, наши противники, рассчитывают? — всё больше недоумевала я.
— У меня две версии, — Саша показал в камеру знак виктории. — Первая — они доведут компанию до стадии, когда держаться за неё не будет даже Аркадий Петрович. Собственно этот вариант явно пытаются реализовать сейчас. Однако благодаря мне и тебе, он стал буксовать.
— А вторая версия?
— Если Никола и Ирочка разведутся, то доля в компании разделится между ними двоими. И юридически, — Розга выделил это слово, — по законам Эрешкигали это будет уже не тот объект, на который распространяется условие завещания.