Тем более меня ждало настоящее приключение, о котором я в своей прошлой жизни и мечтать не могла: полёты в космос тогда были по карману о-очень немногим. И вот сейчас по цене, сравнимой со стоимостью билета на самолёт в моё время, я полечу на другую планету!
Космопорт на деле походил на аэропорт, но очень продвинутый. Впрочем, пока я шла по зданию, никаких технологий круче, чем в «ЭкзоТехе» я не увидела.
А потом меня встретил Саша, и образ космопорта отдалился на второй план. Мы не стали обниматься и целоваться прилюдно, но боюсь, если кто-то нас видел, сомнений в нашем, хм, близком знакомстве у него возникло. Ну да и чёрт с ними.
Проверок на всякого рода турникетах я очень опасалась. Всё ж таки тело у меня совсем не человеческое. Но Саша уверил меня, что это никак не должно отражаться на сканерах. А если что-то и видно, то сейчас полно людей с искусственными частями тела и в экзоскелетах. Современная медицина успешно решала вопросы с протезами, неотличимыми от обычного тела, ибо, увы, мир для человечества стал больше, но не безопаснее. Оказывается, у меня даже какая-то медицинская отметка в документах о том, что могу фонить на сканерах, есть.
Я привычно ожидала неприятностей. Но Саша купил билеты вип-класса, благодаря которым мы пошли не со всей толпой, а через отдельный зал, где и обхождение было совсем иное. С пониманием, так сказать.
И вот… они передо мной. Межзвёздные корабли! Настоящие звездолёты!..
Мать моя женщина, и на этих кракозябрах мы полетим⁈
⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷
Да, мы на них полетели. Вернее, на одном из них. Самое обидное, что самого взлёта я не видела. По инструкции всех пассажиров рассадили по каютам, пристегнули так, что самой можно было бы открыть замок только в экстренном случае, а окна закрыли. Походило… да на взлёт самолёта и походило: шумно, тряско, волнительно. Из приятного только то, что Саша держал меня за руку, хоть каюты у нас и были разные, но вип-билеты позволяли этакую вольность, если второй пассажир тоже пристёгнут.
— Не переживай, — улыбнулся он. — Я много летаю, сейчас это не опасней поездки на аэрокаре.
Я кивнула. Меня уже просветили, что невесомости не будет. Что-то там придумали с управляемой гравитацией.
— Сейчас мы выйдем в открытый космос, и ремни отстегнут.
— Зачем вообще такие сложности? Не так уж и трясёт, — пробурчала я, пытаясь скрыть всё-таки прорывающееся волнение.
— Ради безопасности. А автоматически это делается, потому что всегда найдутся те, кто бунтует против правил и разума. Ввели это требование после одной из аварий, где мужика достали из обломков уборной со спущенными штанами и оторванными причиндалами.