А мне придётся с ними взаимодействовать. Улыбаться, обсуждать, договариваться. Или — сталкиваться. Новые силы привлекут внимание. Я стану мишенью, объектом интриг, ставок, проверок на прочность. Кто-то попытается меня купить. Кто-то — использовать. Кто-то — уничтожить.

А я… не политик. Из меня политик как из тяжелоатлета балерина.

Так что будет сложно.

Очень сложно.

Самое неприятное во всей этой ситуации — я даже не знаю, где этому учиться. Политическим играм, переговорам, умению говорить одно, подразумевая другое. У меня нет наставника, нет опыта. Всё, к чему я привык за последние месяцы, — решать вопросы быстро, по возможности — с позиции силы. Если кто-то угрожает, бьёшь первым. Если мешает — устраняешь. Честно, просто, без хитростей.

Но с Землёй так не выйдет.

Здесь каждый второй — змей в человеческом обличье. Улыбнётся, пожмёт руку — а в следующую секунду подаст сигнал снайперу или подложит тебе документ, подписав который, ты продашь душу и ещё не поймёшь как.

Может, Марина поможет. Она явно не на последнем месте в новой системе. Слишком умная, слишком осведомлённая. В ней есть что-то... аристократичное. И не потому что ведёт себя так — а потому что все вокруг с ней считаются, даже когда она молчит. И сила у неё есть, и влияние.

Я давно подозреваю, что она либо дочь, либо кто-то из ближнего круга одного из глав Двенадцати Родовых Союзов — тех, кто сейчас рулит Евразийским материком. А может, и вовсе представитель одного из самих родов. Таких внизу не держат. Да и выжить в этой реальности без поддержки — почти невозможно.

Возможно, мне и стоит попросить помощи у Марины. Не бесплатно, конечно — такие вещи бесплатно не делаются. Но я могу быть полезен. Очень полезен.

Земля изменилась, и теперь у неё новые проблемы. Не бывает иначе. Новый порядок — это всегда борьба за место под солнцем. Новые силы, новые интересы, новые враги. А значит — конфликты, заговоры, покушения. И, скорее всего, война. Может, не сейчас, но скоро. И если у тебя нет под рукой кого-то, кто умеет драться — по-настоящему драться, на уровне богов, — ты труп. Или пешка. В лучшем случае.

Я могу стать таким человеком. Щитом. Мечом. Тем, кто решает невозможное.

Но вот быть просто вышибалой мне не по нутру. Я не хочу оказаться в числе тех, кого кидают в самое пекло, не спросив ни имени, ни мнения. Не хочу быть силой без воли. Инструментом, который используют, пока он нужен, а потом выбрасывают.

У меня есть свой путь. И если уж я с кем-то и объединюсь, то только по собственной воле. На своих условиях. И с пониманием, что я не только кулак, но и голова, и сердце. И что мне есть что терять.