«Русские товарищи во многом помогли белорусам. Земной поклон им за это. А сейчас кому из них будет очень трудно, мы им поможем переехать в другое место».

Реакция в союзных республиках на Бериевские инициативы была вполне однозначная, началась ползучая травля русских, грозившая в считанные недели дойти до русского погрома. Изо всех западных областей в ЦК хлынули письма, сообщавшие о начавшемся «параде суверенитетов». Литовское население «прекратило разговаривать по-русски», на рынках и в магазинах говорят: «Ты — русский, ты должен ехать к себе в Россию, в Сибирь». Учащиеся литовцы из милицейской школы Каунаса, к примеру, покинули урок русского языка: «Теперь он нам не нужен». В Латвии после пленума «во всех учреждениях и организациях разговор стал вестись только на латышском языке», на улицах латыши стали упрекать русских, что они оккупировали Латвию, евреи стали преследовать русских и в очередях упрекать, что они издевались над евреями, а теперь, когда вас выгоняют из Латвии, начали перестраиваться и изучать латышский язык'. «Эстонцы прямо говорят русским, чтобы они скорее уезжали в Москву, Ленинград, не место им здесь».

То есть, по сути, Берия готовил массовое изгнание русских из союзных республик — Прибалтики, Белоруссии, Украины, Закавказья, Средней Азии — под лозунгом «мы теперь сами». Как вам такое? Нужен нам эдакий вождь? И наверняка подобные заскоки у него имелись и раньше. Так что мы пойдем по пути перехватывания инициативы. Гуманные послабления, тезис об уменьшении тюремного населения будет сейчас исходить от меня. И поддержку РСФСР буду оказывать показательно. После возвращения внешней разведки можно частично перехватить самые важные проекты. Вся информация пойдет через меня. И тогда уже хорошенько подумать — нужен ли нам Израиль?

Есть еще один претендент на трон, Маленков по советским меркам того времени действительно был либерален. Совершить чего-то заметного он, конечно, не успел, но курс на перемены наметил. Во-первых, Маленков решил бороться с бюрократией. Он уменьшил размеры денежных вознаграждений партийным функционерам. Считается, что именно эта непопулярная мера и погубила его. Хрущёв, став Первым секретарем, вернул прежние порядки, чем резко увеличил свое влияние среди аппаратчиков. Во-вторых, на одном из закрытых заседаний Маленков якобы, провозгласил курс на «коллективное управление страной».

То есть, по его плану, а точнее, некоторым наметкам Сталина Политбюро должно было принимать все ключевые решения коллегиально. К этому СССР придёт при Брежневе, но в 1953-м время «коллективного управления» еще явно не настало. В-третьих, Маленков отменил ряд фундаментальных сталинских запретов. Например, был снят запрет на иностранную прессу, и отменены некоторые ограничения на выезд из страны. Именно эти маленькие реформы и снискали Маленкову славу «либерала», хотя никаким либералом он, конечно, не был. Он был верным «сталинцем» и, несомненно, продолжал бы его курс.