За одним исключением — санчасти.

Там рулил прапорщик Петров. Несмотря на располагающее к анекдотам звание, был он неплохим лекарем и вообще персонажем непростым — членом райкома партии и заседателем окружного военного трибунала, ну и просто интересным человеком. Как-то раз заспоривший контингент санчасти обратился к нему с вопросом:

— Тащ прапорщик, а почему все армии в ботинках, одни мы в сапогах?

Петров характерным жестом тыкнул указательным пальцем в козырек, отчего фуражка съехала на затылок, пару секунд подумал и выдал:

— Ну так они на асфальте воюют!

Ну и дисциплину среди болезных он установил железную. А тут День строителя. И лежальцы санчасти курсанты Левчук и Серебряков твердо знают, что их товарищи сейчас выпивают и закусывают. И сил терпеть эту несправедливость больше нет, они сдергивают, находят, где наливают, празднуют и ближе к вечеру, сильно веселые и до одури хмельные, возвращаются в санчасть, где их встречает страшная весть:

— Петров был пятнадцать минут назад, провел перекличку. Сказал, что если самоходы к нему не явятся, то выпишет нахрен.

А выписка — это обратно в роту и все прелести, как здоровым. Два крепко поддатых курсанта отправляются искать Петрова. Находят в офицерском городке (куда курсантам вообще вход заказан), в штабной беседке, в компании замполита сборов (подпола), командира батальона курсантов (полкана) и начальника сборов от полка (майора). Все по случаю праздника тоже в приподнятом настроении, галстуки сняты, рубашки форменные даром что не до пупа расстегнуты, сидят и забивают козла.

И тут в грохот костяшек вклинивается стук снаружи беседки. Гг.офицеры и г. прапорщик оборачиваются на звук и видят следующую картину:

Левчук, как более трезвый, защемил правую руку Серебрякова у себя под левой мышкой и влечет его вперед, изображая строевой шаг и преданно глядя на Петрова.

Не доходя уставных трех шагов до беседки, Левчук останавливается, кидает правую руку к пилотке и, не обращая внимания на майора, подполковника и полковника, рапортует:

— Товарищ прапорщик! Курсанты Левчук и Серебряков по вашему приказанию немного выпивши явились!

…

Развод на следующий день.

— Товарищи курсанты! Вчера в санчасти произошла безобразная история — напились курсанты Левчук и Серебряков, за что положено пять суток ареста! НО ПРИШЛИ И ДОЛОЖИЛИСЬ!!! Поэтому — трое суток.

ЯМА (НЕ КУПРИН)

Как уже упоминалось, военная кафедра нашего института несколько лет подряд становилась лучшей военной кафедрой Советского Союза. И было за что — от здания кафедры, аудиторий и наглядных пособий исходило прямо-таки сияние военно-педагогической мысли! К примеру, умелыми от безысходности руками студентов был создан стенд «Инженерно-саперный батальон в наступлении».