— Телика не было, в глуши рос, — пояснил я. — Сеть и компьютер — только по праздникам. Вот и читал.

Вообще-то он располагал к себе, говорить с этим человеком (с человеком ли?) было так просто, будто знал его тысячу лет, но давно не видел, и вот — встретились и продолжаем разговор, который прервали по независящим от нас причинам.

— Так, ладно… — Он хлопнул себя по колену. — Отвечаю на твои вопросы, хоть ты их и не задавал: наши победили, все в порядке, меня зовут Георгий Серафимович, и мы сейчас на Стрелке. Ты сидишь в бабайском фудтраке, а снаружи идет пир после битвы, Бабай Сархан всех кормит за свой счет! — А потом хохотнул и продекламировал: —«Слышишь, не плачь — всё в порядке в тайге, выигран матч СССР-ФРГ, сто негодяев захвачены в плен, и Магомаев поёт в КВН!»

— Магомаев никогда не пел в КВН, — прищурился я. — В КВН эти… Как их? Маслютики вроде всем заправляли. А Магомаев — он… Он вот это… «Море, возьми меня-а-а в дальние да-а-али…»

У меня аж хорошо пропеть получилось, почти чисто, хотя певец из меня, честно говоря, не очень.

— Однако! — Его брови взлетели вверх. — Ты у нас что, тоже — оттуда?

— Я-то? — Я встал и сунул руки в карманы, но смотреть на Георгия Серафимовича сверху вниз не получалось, да и вообще — стоять в фудтраке было неудобно. Шкафчиков всяких много. Так что я уселся обратно на кушетку, чувствуя себя глупо. — Я-то нет, это Рус оттуда. А вы-то — да?

— Отчасти, — усмехнулся рыжебородый интеллигент, и лицо его стало меняться, молодея на глазах и лишаясь бороды. —Я — местный, он — нет.

А потом я увидел горящие огнем очи дракона, и страшный язык, и клыки, и услышал:

— А Я — ОТКУДА УГОДНО!

— Кому угодно? — не выдержал я.

В конце концов, мы были в фургоне, и я точно знал: если захочу, расплющу машину, как консервную банку, а дракон он там или не дракон — это мы потом разберемся, когда будем его болгаркой отсюда выпиливать.

— МНЕ УГОДНО! А-ХА-ХА-ХА-ХА! — захохотал дракон и обернулся, глядя на дверь, которая стала открываться. — ТОЖЕ МНЕ, НАШЕЛСЯ ШАРЛЬ ОЖЬЕ ДЕ БАТС ДЕ КАСТЕЛЬМОР, ШЕВАЛЬЕ Д’АРТАНЬЯН! СМОТРИ, ПАН АТАМАН, КТО У НАС ТУТ СИДИТ: Д’АРТАНЬЯН, ОДНАКО!

— Ну, допустим, я — Портос, так как постоянно дерусь потому, что дерусь, — откликнулся Бабай, который в этот момент проник в фудтрак, и места внутри сразу стало мало. — И пожрать я люблю. Вот, например, шаурма и, например, кофе. Ты, Пепеляев, очевидный Атос, потому что притворяешься провинциальной училкой и рафинированным интеллигентом, а на самом деле целый рыцарь, землевладелец, несусветный богач, а еще — человек и пароход. То есть — дракон. Нормальный граф де ла Фер получается. Допустим, Миха — Д’Артаньян. В принципе, подходит, потому как молодой, лихой и дурной. И кто тогда Арамис?