И что касается той самой фильтрации — нам тоже вроде как повезло. Мы должны были проверять на благонадежность Службу Протокола. Практически — мечта! Что такое Служба Протокола? Ну, они организовывают церемонии и мероприятия. В их ведении все аспекты этикета, церемониала, включая подготовку помещений, рассадку, вручение подарков и так далее, и так далее… На высшем уровне — это дьяки и стольники Постельного приказа, на базовом — те самые красивые девушки, которые выносят букеты на сцену, меняют бутылки с минералкой, проводят гостей на места, стоят и мило и резиново улыбаются во время мероприятий. Их мы и проверяли, этих красавиц. Сплошная радость, да?

Ну, как сказать…

Мы видели их совсем другими: ненакрашенными, напуганными, в растянутых свитерах, вытертых джинсах, мнущих свои руки и отвечающих на вопросы дрожащими голосами. Это было странно — знать, что тебя очень, очень сильно боятся. А как иначе? Менталист же! Самый страшный зверь!

— Курбанова Диана Фаридовна?

— Д-д-да… — кивнула стройная девушка с восточными, яркими чертами лица.

— Место и год рождения? — Я читал с листика, потому что на двадцатый раз можно легко запутаться.

— Город Бугульма, ноль пятого, ноль шестого две тысячи первого… — пролепетала она.

— С какой целью прибыли в Александровскую слободу? — продолжал механически тарабанить я.

— Раб-ботаю в Службе Протокола Постельного приказа, обеспечиваем безупречное проведение с-совместного заседания Народного Собора и… И… — Она готова была разрыдаться.

Она не видела во мне парня практически своего возраста, вообще — не видела во мне человека. Только табличку на столе — «Дежурный менталист» — и бляху Сыскного приказа на моей груди.

— Не переживайте вы так, Диана Фаридовна, это ведь просто формальность! — уверил я, хотя, конечно, никакой «просто формальностью» фильтрация не была.

На первых десяти девушках Рикович мне наглядно объяснил, что и как надо фиксировать в ауре опрашиваемой, чтобы безошибочно определять степень откровенности собеседника. Каждый менталист имеет такую способность — видеть оттенки и узоры ауры, недоступные магам других специальностей. А я и не знал! Конечно — скрывать вранье можно, и если кто-то абсолютно уверен в том, о чем он думает — такую ложь не сможет считать даже Шеф. Ну, если прямо в голову не лезть, а только смотреть. Однако есть очень простые вопросы, которые могут стать зацепкой для дальнейшего разбирательства.

— Диана Фаридовна, знаете ли вы о фактах, которые могли бы навредить этому самому безупречному проведению заседания? Обладаете ли сведениями о людях и нелюдях, которые злоумышляют против Государства Российского, его законодательных органов и правящей Династии?