Что за хрень!
Ко мне направляется какая-то процессия. Видимо, какие-то иностранные гости посещали хоккейный матч.
Ба! Да это же Соня. Китайская «принцесса» Сунь Вэйши.
Ну, почему влюблённые женщины такие настырные? Я уже объяснял ей в прошлый раз, что у нас с нею нет будущего! И всё равно.
Соня отходит от группы подошедшей к Боброву и здоровается. Смотрит на меня и грустно улыбается. Понимаю, что не отстанет и стараюсь изобразить радость…
Человек то она неплохой и, как женщина, вполне симпатичная и горячая. Но… А что собственно говоря, но? Я свободный парень и могу встречаться со свободной девушкой…
Короче, я звоню на рабочий Апсолону со стадиона. Он весь вечер будет там что-то снимать с Вией на «Мосфильме». Прошу у него ключи от квартиры на пару часов:
— Андрей, войди в положение, а я тебе идею подкину. «Карнавальная ночь». Как тебе название? Подробности? Ключи дашь — будут тебе подробности… Где? У соседей запасной? Позвонишь? Андрюха — я тебя люблю!
Лежим с «Соней» на скомканных простынях. Она, блаженно улыбаясь, гладит меня пальцем по лицу и рассказывает про фильм «800», который она привезла для показа в Москву. Картина про высадку американского десанта под Инчхоном. О том, как героически погиб 1-ый китайский коммунистический батальон. Про Настиного будущего мужа, генерала Пака, там есть несколько сцен, а в эпилоге говорится, что благодаря экипажу зенитчиц, задержавших переправу американцев у моста через Ханган, Сеул удалось отстоять. Подарила мне плакат изготовленный для кинофестиваля в Лондоне.
— Корейский фильм в Лондоне? — удивятся некоторые читатели. Так англичане же там воевали…
Под Инчхоном большие потери понесла морская пехота США. Англичане скромно стояли в стороне, заливая с неба напалмом позиции северокорейских войск. А после войны объявили себя победителями «красной заразы» в Корее. Поэтому и разрешили показ. Для Великобритании Корейская война прошла почти незаметно…
— Ты ещё любишь её? — спрашивает Соня.
Вздыхаю:
— Наверное, да. Только, вот увидимся ли ещё…
— А мне в ноябре уже тридцать стукнуло. Один товарищ замуж зовёт… — Встаёт и потягивается своим кукольным телом.
Смотрит на меня пристально так.
Ну уж нет, мы так не договаривались.
Я встаю с кровати, а Соня, прижав руки к своей маленькой груди, молчит, утратив последнюю надежду на чудо. Потом пили чай на кухне и разговаривали. Китайская «принцесса» рассказала про бурные перемены в Китае. Про борьбу с левым и правым уклонами. «Леваки» призывали убивать всех, кто тянет страну в капитализм. Один из сподвижников погибшего китайского лидера Мао Цзедуна, Чэнь Бода, предлагал начать «культурную революцию» и вычистить из всех предприятий и учреждений носителей капиталистической идеологии. Он, вместе с женой Мао — Цзян Цин, предлагал повсеместно организовать отряды хунвейбинов, которые бы вытаскивали из руководящих кресел всех «правых», которые не разделяют их взгляды на будущее страны. И судили бы на месте скорым народным судом. Эти «левые» деятели были сторонниками «Большого скачка» и обобществлёния всего имущества в народных коммунах. Вместо денег они предлагали использовать трудодни. Отец «китайской принцессы» Сунь Вэйши, новый китайский лидер Чжоу Эньлай, с большим трудом сдерживал энтузиазм революционных хунвейбинов. В нашей прессе же говорили только о единстве китайских коммунистов.