3 ноября 1951 года. Москва.
Я, по утренней традиции, намолол мельницей кофе и сварил в турке на медленном огне, добавив для вкуса дробину чёрного перца. В тёмном чулане коммуналки у входной двери лежало всякое ненужное барахло от соседей. Какие-то тюки с рваньём. Как сказала несимпатичная разведёнка Катя Пирожкова, они были предназначены для сдачи старьёвщику. Пыльные стопки старых газет с пожелтевшей от времени бумагой ждали участия в пионерском сборе бумаги. Треснувшая деревянная лопата, сломанные санки, детская коляска без одного колеса ждали неизвестно чего, а дырявые тазы и вёдра ждали починки у лудильщика.
Из старой газеты я узнал, что на октябрьском Пленуме ЦК КПСС товарищ Кекконен предложил на место Первого зам председателя Совета Министров СССР Косыгина вместо Молотова.
Хрущёв потихоньку чистит поляну под себя.
Глава 15
«День седьмого ноября — Красный день календаря. Посмотри в своё окно: Всё на улице красно!»
С. Я. Маршак, поэт.
«У русских и американцев общая иллюзия — им кажется, что они заслуживают всеобщей любви».
Генерал Шебаршин.
4 ноября 1951 года. Москва.
Тренировка сборной в спортзале на «Динамо». Меня вызывал тренерский совет на разговор. Вчера на Спорткомитете было решено не брать меня в состав сборной из-за поступивших на меня сигналов о поведении за границей. Я итак был у руководства «на карандаше», а тут ещё в Лугано и в Милане немного почудил с ребятами.
— Короче, — сказал Коротков, — Терпение у руководства лопнуло, отвечать за твои залёты никто не хочет.
Но, поскольку мне предстоит боксёрский бой в Нью-Йорке, а в Париже мне должны дать какую-то цацку за прошедший Чемпионат мира, то решено включить меня в состав сборной третьим вратарём.Спасибо партии родной! Матчей за океаном я, скорее всего, не сыграю, но буду на виду у руководителя делегации.
— Так, что, Юра, готовься к своей драке, — хлопает меня по плечу динамовский тренер Аркадий Чернышёв, — На воротах Гриша Мкртычан постоит, а если что, то его Коля Пучков подменит…
Гриша был очень ответственным человеком и никогда, в отличие от меня, не влипал ни в какие истории. Он, как и Пучков, вначале карьеры плохо стоял на коньках, но, попав к команду мастеров к тренеру Качалину, быстро научился. Главное в воротах быстро перемещаться и правильно выбирать позицию. Гриша играл просто и надёжно и, вскоре перешёл из «Трудовых резервов» в звёздный ЦДКА. Добрый Мкртычан на тренировках относился к Коле Пучкову, как к младшему брату. Подсказывал, показывал, ругал за ошибки. Коля, как промокашка, впитывал все слова заслуженного мастера и от матча к матчу стоял всё увереннее, порой показывая в воротах чудеса, типа Яшина.