Тут у местного музыканта-гитариста случился перерыв и друзья настойчиво попросили меня сыграть что-нибудь. Выдаю вот такое…https://vk.com/video-111332195_456239363

Мои друзья скачут вместе с горячими финскими девушками. Арми улыбается, качая головой, и, весело притоптывая.

— А куда ты хотел сходить со мной? — интересуется морально устойчивая Арми после танца.

— Просто погуляем, поболтаем, — беззаботно отвечаю я.

— Хорошо, — соглашается девушка, — только недолго.

Мы улизнули из кафе и бродили по улицам Стокгольма.

— Мне нужно в туалет, — без смущения заявила Арми и двинула в одно из ещё работающих государственных заведений.

В пустом коридоре здания никого не было. Арми, потянув носом воздух, уверенно последовала в нужную сторону. Я проследовал за ней, чуть не подпрыгивающей от напряжения. Посмотрел на хлопнувшую дверь и зашёл в мужскую уборную находящуюся рядом. Пока я сделал дело и расчесался, свет везде погас. Темнотища. От выхода из здания раздались голоса и послышался звук закрываемой двери.

Замуровали, демоны.

Я с трудом нашёл дверь женского туалета и спросил в черноту:

— Арми, ты как там? Нас, похоже закрыли.

— Давай вылезем через окно туалета, — предложила находчивая финка.

Окошко было небольшим на приличной высоте. Как я согласился на такую дурь — сам не понимаю. Она подставила к окну стул из коридора. Открыла окно, но створка поднялась лишь на немного. Эта, блин, скалолазка влезла в проём и… застряла.

Вот жеж, «Катастрофия»!

— Юра, подтолкни меня, пожалуйста… — просит «форточница».

Толкаю в упругую попку.

— Не лапай меня, — с надрывом просит «застреванка».

Прекращаю «выталкивание» и начинаю «втягивание». Наконец-то, с десятой попытки, девушка вываливается из рамы мне в руки. При вытаскивании и ловле я изрядно изучил тело подруги по несчастью. Она фыркает, когда я в полутьме пытаюсь поправить её одежду, и говорит:

— Юра! А ты случаем не врач-гениколог? А то я чувствовала, как твои пальцы чуть внутрь меня сквозь одежду не прошли?

Я скромно улыбаюсь, как Пятачок, вытащивший застрявшего Винни-Пуха. Тут, вдруг в туалете вспыхивает свет и на пороге появляется охранник с вызванным полицейским.

Мы давали показания и подписали протокол уже глубоко за полночь. Я проводил расстроенную залётом Арми до её гостиницы. Сам вернулся в комнату, где уже посапывал Пантюхов.

Присвоено звание «Спаситель застрявших девушек».

11 февраля 1952 года. Стокгольм.

Просыпаюсь. Тут мне на мотив мелодии песни маленьких утят какой-то приколист из Наблюдателей пропел прямо в мозг следующие слова неКипелова: «Надо мною тишина, небо полное огня, свет проходит сквозь меня не зря, не зря. Я свободен от любви, от вражды и от молвы, от предсказанной судьбы кря, кря, кря, кря».