— Вот это поворот! — кричал Иван Бочка. — Принц Тьмы поступил подло, как Тьма всегда и делает, но цели достиг! Принц Тьмы всё ещё жив и улыбается!
Победитель моментально превратился в проигравшего. Вся наглость, вся его самоуверенность и крутость ушли, как кровь смывается с Арены каждый вечер. Он завыл, рухнул на колени, упал на спину и закрутился волчком, оставляя кровавый след на песке. Я возвышался над ним, как палач, хотя и ошалел немного, но поиграться на публику не забыл. Плюнул в поверженного и ещё ногой сверху наподдал, а потом развернулся и пошёл прочь с Арены.
* * *
Пафнутий встретил меня и побрёл следом.
— Я выиграл?
— Да, — коротко ответил он, — но не нужно в следующий раз так уходить. Если бы судьи не приняли уже решение о победе, то тебе бы засчитали поражение.
— Но лысый проиграл! Он лежал на песке весь в крови и соплях. Что-то я не заметил у него желания драться дальше.
— Проиграл, но не сдался. Никогда не уходи с Арены, пока ведущий не разрешит.
Пафнутий ударил тростью по стене, и двери за нами закрылись, отрезая шум зрителей и смех ведущего.
— Надоело. Ещё три боя сегодня, но так интересно уже не будет.
— Правда?
— Шагай к себе. Запрись там и не выходи, неудачник.
— Что? — и тут я получил удар по спине тростью, потом ещё один под колено, ещё и ещё. Пришлось ретироваться в спешке от обезумевшего старика домой.
— Такого позорного боя я ещё не видел! Противник избивал тебя и гонял кругами, а ты только подвывал, позоря Марлену. Что мне сегодня скажет хозяйка?
Я подбежал к двери и искал ручку, забыв, как она открывается, а психованный дед уже приближался, размахивая своим деревянным оружием.
«Быстрее! Или открывай или прибей гнома, иначе он прибьёт нас!»
Вспомнил! Ворвавшись внутрь, я заперся и, замерев, слушал, как дед колотит в дверь ногами и обзывает по-всякому.
— Кажется, ему бой не понравился, — Чибик отделился от пояса и, превратившись в таракана, побежал под кровать. — Отсижусь здесь, пока всё не уляжется.
Дед обзывался ещё долго, потом попросил прощения за своё поведение и удалился. Я убедился, что он ушёл и отправился в душ. Там лучше думается.
Глава 11
Тёплые струи успокаивают, а если изредка их менять на холодные, то ещё и бодрят.
Давно я такого унижения не испытывал, и это, оказывается, очень неприятно.
Стыдно это признавать, но горбун был прав, когда советовал мне не выёживаться. Как он там мудро брякнул?
«Побеждает не тот, кто не боится. Побеждает тот, кто не расслабляется».
Я расслабился, нарушил одно из неписаных правил Арены и еле унёс ноги. Если бы не догадка с глазом, то на этом бы карьера закончилась. Конечно, мы не до смерти сражаемся сейчас, но ведь меня предупредили почти открытым текстом: «Проиграешь — умрёшь. Проиграешь — за тобой придут!»