«Подробности потом сами расскажут. Ведь это не только моя история».

«Но будет ли это „потом“?»

Сердце вновь болезненно сжалось.

– У вас, людей творческих, разборки порой хуже, чем у бандитов, – мрачно отозвался Дмитрий, когда сообразил, что я больше ни скажу не слова. – Знал я двух художников, которые пару лет назад… Впрочем, неважно.

Мужчина умолк, провалившись в какие-то воспоминания, а я просто затихла. В голове опять стало пусто – хаос замер.

Бросив взгляд в окно, я увидела, как мелькают знакомые улицы.

«Почти приехали…»

Когда внедорожник остановился, отец Виолы повернулся ко мне и протянул мобильник.

– Напиши-ка мне свой номер.

Вбив цифры, я вернула смартфон владельцу. Тот тут же сделал дозвон, и когда пошли гудки, но в машине ничего не зазвенело, он бросил на меня суровый взгляд.

– Я без телефона… и вообще без каких-либо вещей, – развела руками я. – Все лежит в моей машине, которая стоит неподалеку. Если не верите, можете узнать мой контакт у Ви… Виолы. Он у нее есть.

Долго буравив меня глазами, мужчина откинулся обратно на сиденье.

– Иди, но оставайся на связи. И в городе.

– Хорошо. Спасибо, что довезли.

Я открыла дверцу машины, но вышла не сразу.

– Дмитрий Константинович. – Я обернулась в сторону водительского кресла.

Большой человек потянулся и поправил зеркало заднего вида так, чтобы видеть меня.

– Что?

– Как думаете… – Я понимала, что наверняка прозвучу глупо, но ноющее сердце искало хоть каплю утешения. – Как думаете, с ними все будет хорошо? С Крисом. И… с Миком.

Несколько долгих секунд он молчал, а после сухо спросил:

– Я что, похож на врача?

– Нет.

На этом разговор был окончен.

Под любопытные взгляды прохожих я дошла до магазина. Он оставался открытым – похоже, Мик очень суетился, когда проворачивал мою выгрузку в свой хендай.

– Интересно, как он это сделал… – пробормотала я и вошла внутрь.

Приблизившись к паспорту, все еще лежащему на полу, я вдруг ощутила, как сердце принялось стучать еще сильнее, а дыхание стало сбиваться. Задыхаясь и чувствуя подступающую тревогу, я рванула в сторону прилавка и заползла под него. Началась паническая атака. Около часа я сидела под прилавком, пытаясь убедить себя, что сейчас мне ничего не угрожает.

На город уже опускалась ночь. Наконец, собравшись, я на четвереньках доползла до выключателя и щелкнула им – трескучие длинные лампы осветили помещение, и оно приняло свой привычный обыденный, не внушающий страха вид. За стеллажами и в комнатах наверху никто не прятался – я проверила это на случай, если за время нашего отсутствия в магазин мог кто-то пробраться.