И в счастливое будущее, что ждало нас впереди.
Эпилог
С того момента прошло четыре месяца. За этот период я лишь пару раз вернулась в студию – и то за вещами, которые Крис помог мне перевезти. Но тогда я еще не стала отменять аренду студии, хоть и хотелось нацепить розовые очки и верить, что все будет здорово и волшебно, как в сказке.
Однако недавно все-таки сделала это: отменила оплату маленькой квартирки в пятиэтажке, пусть и потеряв залог. На самом деле удивительно, как неплохо мы уживались с Крисом. Конечно, не все было идеально: парень любил ворчать из-за каких-то мелочей, когда пребывал в плохом настроении, но поняв, что таким образом он попросту функционирует, я перестала принимать это на свой счет и обращать внимание. Вместе с этим, зачастую брюнет был снисходителен и ко мне, когда я, задумавшись о чем-то, могла не сразу вынырнуть из своих мыслей и начать с ним взаимодействовать.
Крис не был большим любителем кулинарии, поэтому был благодарен, когда я готовила что-то незамысловатое – то, что вязалось с его стремлением к здоровому образу жизни (но, как показывает практика, стремиться – еще не значит вести или делать). Иногда вечерами, когда у него получалось забрать меня с работы (к моему матизу он относился крайне пренебрежительно, хоть я и отстаивала свой первый честно заработанный автомобиль), мы заезжали куда-нибудь поужинать и поделиться теми рутинными мелочами, что приключились на работе за день.
Пролечившись, Мик, как и планировал Крис, уехал в отпуск: в тот самый домик на природе, оставленный бабушкой, о котором и рассказывал парень. Наверное, там он отдыхает и занимается тем, чем так хотел: своим творчеством. Последнее, что я о нем слышала: Мик все же закончил ту ритмично-хаотичную композицию, что давал мне послушать в студии звукозаписи. И, что самое интересное, он все-таки последовал совету Криса и отправил ее разработчику отечественных хоррор-игр, которому она очень понравилась.
Я никак не пересекалась с бывшим коллегой. Знаю, что Крис неоднократно это делал. Но я…
Случившееся все же оставило отпечаток или, вернее говоря, нанесло психологическую травму. Неоднократно я вскакивала среди ночи от кошмаров, в которых кто-то невидимый нападал на меня со спины, а потом душил, лишая возможности двигаться и окуная в чувство невыносимой беспомощности. Я чувствовала, что Крис от этого тоже страдал, потому как считал, что именно он во всем виноват. Пока я плакала у него на груди, он, успокаивая, гладил меня по волосам и тихо приговаривал, что все хорошо.
Несмотря на все заверения парня, а также собственные мысли на этот счет, я до сих пор не знаю, действительно ли Мик не причинил бы мне вреда.